Джо достала из духовки поднос с миндальным печеньем и, поставив, принялась разглядывать. Получилось далеко не так красиво, как на картинке в Интернете, кривовато и как-то плоско. Ради всего святого! Неужели так трудно сделать маленькие круглые печенюшки? Она перечитала рецепт, но так и не поняла, что неправильно. Сырное суфле получилось вполне прилично, курица в вине тоже, хотя Мак съел не очень много. Беарнский соус, правда, не совсем такой, как надо, но вкус ей понравился.
Она всю неделю безропотно следовала инструкциям Мака и рецептам с непроизносимыми названиями и, казалось, созрела до миндального печенья.
Джо бросила взгляд на поднос и скривила губы. Очевидно, она ошибалась. Скрипнув зубами, заварила чай. Она должна научиться во что бы то ни стало. Надо было купить больше яиц. К счастью, на соседней ферме продаются. Если дело так пойдет, к концу недели она перейдет с хозяевами фермы на «ты».
Вошел Мак, уставившись в лист бумаги, который держал в руке. Очередной рецепт. Господи, снова готовить. Как ладно сидят на нем потертые джинсы, обтягивая сильные ноги, выпуклые мышцы так и ходят. Увидев, чем она занимается, он застыл на месте. Ладно, не повезло, приятель! Теперь она готовит по его рецептам семь дней в неделю.
Он собрался уйти.
– Даже не думайте. Сядьте! Если понадобится, я вас привяжу.
Он намеренно скользнул взглядом по ее губам, лаская их взглядом:
– Звучит почти соблазнительно.
Бороться с ним весьма интригующее занятие. И безрассудное.
– Взгляните на это. – Он посмотрел и поморщился. – Не хотите ли миндального печенья к чаю?
– Нет, спасибо.
– Конечно, не хотите. Ни один разумный человек не притронется к ним. Трудно представить что-нибудь менее аппетитное. – Он торопливо глотнул чай. Она свирепо взглянула на него. Да уж, готовка
– Свяжете меня?
– Закидаю миндальным печеньем.
Мак засмеялся. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как он смеялся.
– Эта участь хуже смерти.
– Этими штуками убить можно. Мак, пожалуйста, мне нужна ваша помощь. Скажите, что не так? Ну, пожалуйста, пожалуйста,
Он сел, придвинув поднос к себе, в ее груди что-то запрыгало и затряслось. Если бы удалось заставить его хоть что-нибудь приготовить, она могла бы приобрести необходимые навыки. А вдруг бы он преодолел собственное сопротивление, нашел способ вернуться к любимой профессии и обрел покой.
– Возможно, вы слишком мало времени взбиваете белки. – Вот и подходящая тема. – Или кладете недостаточно сахарной пудры. Или печете при слишком низкой температуре.
Вариантов много. Джо с сердитым стоном закончила отделять белки от желтков – целую дюжину – и, подтолкнув к Маку миску, сунула в руки венчик.
– Покажите, как это делается. Наверняка у меня неправильная техника взбивания.
Он напрягся, замкнулся:
– Вы же знаете, я…
– Умоляю вас. Это же не значит по-настоящему готовить. Только взбейте.
И вдруг Джо осенило, как заставить его сидеть на кухне, пока она готовит.
– Я ведь, кажется, так и не рассказала, почему мне так важно научиться.
– Вы упомянули о каком-то пари между вашей бабушкой и ее сестрой.
– Ах да, пари. Думаю, это были не лучшие времена для нас. Бабушка листала журнал, наткнулась на картинку и сделала пару ничего не значащих замечаний. Я сказала, что башня выглядит красиво. Ее сестра Эдит сказала, что я, даже если расшибусь в лепешку, не смогу сделать ничего подобного. Бабушка, полагая, что заступается за меня, возразила, что я справлюсь как нечего делать. Ну, я, конечно, заявила, что для меня это пара пустяков.
– А потом они поспорили на прабабушкин жемчуг?
– Все как в плохой комедии.
– Почему вы позволили втянуть себя в это?
– По привычке. Правда, в последнее время мне кажется, это плохая привычка. В смысле – их постоянное соперничество.
– Должно быть, оно началось задолго до вашего появления.
– Думаю, да. Но хочу с этим покончить.
Он наклонился к ней, ее сердце затрепетало еще сильней.
– Помните, я говорила, что, когда у Расса случился сердечный приступ, я переосмыслила свою жизнь. Я знаю, что они любят друг друга.
– Как вы собираетесь это изменить?
– Не знаю.
– Если сделаете башню из печенья, это только подольет масла в их соперничество.
– Мой план в том, чтобы сделать самую красивую в мире башню, выиграть жемчуг и помирить их.
– Подозреваю, это будет занятное зрелище. Однако соперничество из-за жемчуга – внешнее проявление чего-то более глубокого. Я прав?
– Думаю, да.
– Расскажите мне о них.
– Тетушка Эдит меня любит. Я похожа именно на нее. Поэтому странно, что она постоянно придиралась ко мне. Не надевай то, не говори это, не веди себя так, не привлекай к себе внимания, не делай такую прическу. И так далее, и тому подобное.
От одной мысли об этом становилось тоскливо.
– В подростковом возрасте я отчаянно бунтовала, носила брюки в обтяжку и еще более обтягивающие майки, которые мне совершенно не идут. Подозреваю, в этом она права.
– А бабушка?
