Она издала протяжный стон, но потом внезапно его оборвала.
— Прошу прощения, у меня случайно получилось так громко.
Он улыбнулся.
— Мне нравится слышать, как вы стонете. — Его руки описывали на ее спине круги. — Более того, мне нравится, что это я тому причина.
— Это так приятно, — вздохнула она. — Не знаю, что о вас и думать.
Он помассировал ее поясницу.
— А нужно ли вообще что-то думать?
— Нужно. Я допустила в прошлом несколько серьезных ошибок и теперь должна быть очень осторожна. Потому что могу испортить не только свою жизнь, но и жизнь Бетани.
Жан-Люк дотронулся до ее волос, наслаждаясь их мягкой шелковистостью.
— В моем представлении вы идеальная мать.
Она повернула к нему лицо.
— Ничего более приятного я в своей жизни не слышала.
— Хизер. — Жан-Люк усадил ее к себе на колени. — Это вы заставляете меня говорить приятные вещи и делать добро. Я хочу быть достойным вас.
Она коснулась его лица.
— А разве вы не достойны?
— Я не совершенен.
— Никто не совершенен. — Она провела пальцами по его подбородку. — У вас есть тайна. Связывающая вас и Луи.
Она хотела знать больше.
— Луи, — Жан-Люк тщательно подбирал слова, — убил несколько важных политических фигур во Франции. Я сорвал одно из его покушений, и с тех пор он преследует меня.
— Как мог модный кутюрье остановить наемного убийцу?
— Я… тогда не был модельером. Я тогда работал на правительство.
Как Джеймс Бонд? — У нее загорелись глаза.
— Что-то в этом роде.
— Я так и знала! — Хизер расплылась в улыбке. — Вы такой же сексуальный, как Джеймс Бонд, И вас окружает такая же аура опасности.
Он вскинул брови.
— Вы считаете меня сексуальным?
— Я это сказала? — Ее щеки вспыхнули.
— Да. — Он откинул с ее лба волосы. — Полагаю, мне придется оправдывать свою репутацию.
— Наверное.
Ее взгляд опустился на его губы.
Это выглядело как приглашение. Он коснулся ее губ своими. Она обняла его за шею и притянула к себе. Его пронзила стрела восторга. Она хочет его. Он углубил поцелуй, вложив в движения губ и языка всю свою страсть.
Хизер застонала. Его рука сползла вниз и обхватила ее грудь.
— Да, — шепнула она у его щеки.
Расставив пальцы, он слегка сжал округлую плоть.
— Ты такая прелесть.
Пощекотал носом ее ухо. Совсем рядом билась ее сонная артерия, распространяя запах крови.
Откинув назад голову, Хизер подставила ему для поцелуя шею, не подозревая, сколь возбуждающим было это движение для вампира. В паху у него запульсировало в унисон с сердцебиением.
— Хизер.
Он проложил цепочку легких поцелуев вдоль ее шеи. Черт. Как все неудачно складывалось. Любить ее нужно было без спешки, а он через десять минут станет мертвее полена.
Хизер пробежала рукой по его волосам.
— Поцелуй меня.
Как мог он устоять? И прижался еще раз к ее губам. Погладил пальцем сосок и ощутил, как он твердеет. Напряжение в паху становилось невыносимым.
— Я хочу остаться с тобой. Хочу любить тебя, но мне нужно идти.
— Почему? — Она поцеловала его в щеку. — Куда ты уходишь?
— У меня… деловые встречи в Сан-Антонио, — солгал Жан-Люк. — Но я вернусь сегодня вечером. А пока я хочу, чтобы ты отдохнула.
— Я буду скучать.
Он погладил ее по волосам.
— Я тоже.
Одним резким броском он вторгся в ее сознание и ощутил, как она вздрогнула от его холодного присутствия. «Спи, любимая».
Хизер сделала медленный выдох, и ее веки сомкнулись.
— Я засыпаю, — прошептала она.
— Я знаю. — Он осторожно уложил ее на диван, подложив под голову подушки, затем взял с соседнего кресла плед и укрыл. — Приятных снов, — сказал он, поцеловав ее в лоб.
Губы Хизер изогнулись в улыбке, и лицо стало безмятежным.
Жан-Люк выключил свет и спустился в свою одинокую постель в подвале.
Понедельник прошел спокойно, и Хизер была только рада этому. Она проспала до середины утра, когда Фиделия и Бетани спустились вниз и нашли ее на диване. Торопливо позавтракав, она принялась звонить по поводу дома. Потом позвонила в детский сад и предупредила, что Бетани посещать его неделю не будет. Она надеялась, что кошмар с Луи дольше не протянется. Хотя не стала бы возражать, если бы ее отношения с Жан-Люком продолжались недели, месяцы. Или годы. Он поразительным образом сочетал в себе нежность и сексуальность, и Хизер не могла дождаться, когда увидит его снова.
Она принесла вниз кое-какие игрушки и, поскольку Бетани с увлечением играла, попросила Пьера впустить ее в дизайнерскую мастерскую.
Однако, увлекшись работой, она вскоре и думать забыла о загадочной цифровой комбинации замка, захваченная идеей переделать белое платье из демонстрационного зала. Хизер притащила в студию манекен и поставила рядом с рабочим, столом. Затем нашла плательную форму с изменяемыми размерами и установила рядом с манекеном. До и после. От нулевого размера к двенадцатому.
В поисках нужной материи обошла тянувшиеся вдоль стен полки с рулонами тканей. Выбор был столь велик, что рабочий стол вскоре был завален образцами исключительных по красоте и качеству тканей.
