У Хизер расширились глаза.
— Не… стану отрицать, что оно есть.
— И усиливается день ото дня. По крайней мере у меня.
Хизер прислонилась к колонне.
— Все так быстро происходит.
— И вы думаете, что все это не по-настоящему?
— Нет, не думаю. Все так реально, что я боюсь обжечься.
— Я никогда не причиню вам боли. Намеренно.
— Я знаю. — Она положила руку ему на грудь. — Вы мне очень симпатичны, Жан-Люк, но я стараюсь не делать ошибок, о которых потом буду жалеть.
— Я понимаю. — Он уперся руками в колонну по обе стороны от ее лица. — Я сознаю, что не должен поддаваться соблазну. Но когда ты рядом, то ни о чем другом не могу думать, кроме как о том, как сильно хочу тебя. — Он поцеловал ее в лоб. — Я постоянно думаю, как же хорошо держать тебя в объятиях, какая ты милая и сладкая. — Он поцеловал ее в щеку. — Ты помнишь наш первый поцелуй? В парке?
Уголок ее рта дрогнул.
— Поцелуй? Какой поцелуй? Разве мы целовались?
— Ты таяла в моих руках. Стонала. Пробовала меня языком.
— Ах, тот поцелуй.
— И сегодня утром повторила то же самое.
— Некоторые вещи приходится повторять, чтобы делать правильно.
Он улыбнулся.
— Ты делаешь все правильно. — Он пробежал пальцами вверх по ее шее. — Я только и думаю о наших с тобой поцелуях. Я не могу работать. Мой мозг стал совершенно бесполезным.
— Бедное дитя. — Он потерся носом о ее шею, и она наклонила голову. — Мы не можем допустить, чтобы ты простаивал без пользы.
— Уверен, мы найдем мне какое-нибудь полезное занятие.
Он коснулся кончиком языка ее пульсирующей артерии на шее. Его пронзил запах ее крови.
— Вроде попытки соблазнить меня? — спросила она тихо, задыхаясь.
Он проложил цепочку из поцелуев к ее уху.
— Я не пытаюсь. Я соблазняю.
Он взял в рот мочку ее уха и застонал, когда по ее телу пробежала дрожь.
Она закинула руки ему на шею и прошептала:
— Да.
Он провел губами по ее щеке.
— Я так сильно тебя хочу.
— Знаю, — выдохнула она. — И почему при этом мне делается так хорошо?
— Потому что мы… подходим друг к другу. — Он припал ртом к ее губам и притянул ее к себе. Они действительно подходили друг к другу. Ее губы, ее грудь словно всегда принадлежали ему.
Его руки заскользили по ее спине. Ее живот, ее бедра, ее спина — все в ней идеально подходило ему.
Разве мог он отпустить ее? Может, она все же примет его как вампира? Может, и у него тоже будет семья?
Их внезапно осветил луч фар приближающегося автомобиля. Жан-Люк немедленно подтолкнул Хизер в тень за колонну.
— Думаешь, это Луи? — прошептала она.
— Нет. Он не стал бы появляться столь демонстративно. — Жан-Люк следил за приближающимся автомобилем. Проехав мимо его «БМВ» и грузовичка Хизер, машина, скрипнув тормозами, остановилась перед зданием. — Похоже, это кто-то из твоих городских поклонников.
— У меня нет поклонников, — пробормотала Хизер.
— А кто же тогда этот шумный коротышка, которого мне пришлось окунуть в воду?
— Коуч Гюнтер. Это скорее мое наказание, а не поклонник. — Хизер хотела выглянуть из-за колонны, но Жан-Люк толкнул ее обратно в тень.
— Осторожно. — Увидев вышедшего из машины человека, он прищурился. — Да. Этот тебя точно любит.
— Что? — возмутилась Хизер.
— Хизер! — рявкнул мужчина с дороги. — Я знаю, что ты там!
— Коуди? — прошептала она с гримасой. — Мой бывший меня не любит. Скорее ненавидит.
— Он ненавидит то, что ты его отвергла, — прошептал Жан-Люк. — Но все еще продолжает тебя любить. Поверь мне, уж я-то знаю, как это бывает.
— Да? — Она посмотрела на него с недоверием.
— Давай, Хизер, выходи! — выкрикнул Коуди. — Я видел, как ты стояла на крыльце и целовалась с этим мужиком.
— Ревнует, — шепнул Жан-Люк.
— Эта новость уже облетела город, — прорычал Коуди. — Все знают, что ты живешь здесь. Что сожительствуешь с этим богатым иностранцем.
— Может, мне продырявить его? — тихо спросил Робби, закрывая дверь.
— Нет. — Жан-Люк вышел из тени на освещенную площадку перед входом. — Вы нарушили границы частной собственности. Предлагаю покинуть территорию.
— Имею полное право здесь находиться! У вас моя дочь. Что вы с ней делаете?
— Бетани в порядке. — Хизер вышла на свет. — Можешь забрать ее в пятницу, в назначенное время. А теперь иди домой, Коуди.
— Зачем? Чтобы ты могла потрахаться со своим новым дружком? Я не знал, что ты поганая шлюха, Хизер.
— Хватит!
Жан-Люк направил в лоб Коуди всю свою психическую энергию. Ублюдок отступил на несколько шагов назад, а затем рухнул на кирпичную дорожку.
Хизер вышла вперед.
— Что…
— Оставь его в покое. — Жан-Люк дотронулся до ее руки.
Коуди бился в судороге на дороге, потом поднялся на четвереньки.
— Я таракан, — взвизгнул он.
— Нет, только не это, — застонала Хизер.
Коуди подполз к «БМВ» и прыгнул на крышу, потом переместился на капот.
При виде такого надругательства над автомобилем Жан-Люк поморщился. «Ты не можешь забрать дочь в эти выходные».
Коуди неуклюже заковылял к своей машине.
— Я не могу забрать дочь в эти выходные.
Нырнув в открытое окно машины, он заметался по салону.
— Он пьяный? — Лицо Хизер исказила гримаса. — Он не должен ехать в таком состоянии.
