В канун Дня Всех Святых семейство Джоргенсенов пригласило к себе медиума, чтобы вызвать дух умершего родственника. Однако вместо духа возник ниоткуда весьма симпатичный незнакомец, который сразу же смутил душу главной героини, Алисы Джоргенсен.Симпатичный незнакомец оказался знаменитым ученым, который экспериментирует с машиной времени. Сумеет ли Алиса завоевать сердце эксцентричного ученого, которого научные изыскания интересуют больше, чем женщины?
“Если сегодня ночью явится дух, откажусь, к черту, от этих кокосовых пирожных с кремом — нужно сделать перерыв на месяц”, — подумала Алиса Джоргенсен и подняла глаза к небу.
Она попыталась обуздать свои разбегающиеся мысли, одновременно подавляя зевок, и в это время акцентированный, тяжелый голос медиума заполнил пространство гостиной.
— Элмер Джоргенсен, покажись! Дай нам знак! — серебряные браслеты мадам Зелдар позвякивали о поверхность стола в такт ее раскачивающимся движениям. Она вошла в транс. — Элмер, твоя земная жена, Мод призывает тебя. Яви нам знак!
Алиса взглянула на свою тетку, Мод, которая в это время крепко вцепилась в ее руку, и грустно улыбнулась. В течение пятнадцати лет каждую ночь в канун Дня Всех Святых Мод пытается войти в контакт со своим безвременно ушедшим мужем, Элмером. И неизменно с нулевым результатом. Ни потусторонних голосов, ни летающих по воздуху свечей, ни таинственных стуков, ни лиц умерших на потолке.
Алиса отвела взгляд от тети и устремила свое внимание на четвертую персону, сидевшую в это время за столом. Алиса увидела, что дядя Герберт, родственник Мод по мужу, заснул. Он даже начал слегка похрапывать. Огромная черная шляпа сползла на лоб, и отсвет свечей играл на его лице.
В этом году Мод посылала за медиумом в Индиану. Мадам Зелдар вытянула не только сумасшедшее количество денег из бедной Мод — и это за то, чтобы вызвать жалкую душонку Элмера, — она еще потребовала, чтобы ее развлекли перед сеансом, приехав задолго до этого. Никто не смел переодеться; не мог угостить конфеткой соседских ребятишек. Дяде Герберту было присвоено имя Болванщика, тете Мод — Червонной Королевы, а Алиса в этом году нарушила традицию и нарядилась Белым Кроликом. В меховом костюме кролика было слишком жарко, а розовою цвета грим, покрывающий нос Алисы, кажется, потек; начали обвисать кроличьи усы. Так что Алиса своим обликом оскорбляла всех белых кроликов.
Мадам Зелдар замахала руками быстрее.
— Элмер, дай нам знак, что ты здесь.
Мадам Зелдар воскурила ладан, и сладкий его запах пополз по комнате. Алиса сморщила носик. Даже будь у Элмера возможность контакта с ними, было ясно, что он не стал бы этого делать. Элмер и при жизни-то никогда не слушал Мод, с чего бы ему изменять своим привычкам?
Дедовские часы в передней начали отсчитывать удары. Полночь. Час, в который, как полагала мадам Зелдар, открываются врата в загробную жизнь. Со вторым ударом часов Алиса подавила еще один зевок.
— Элмер Джоргенсен, мы вызываем тебя. Дай нам знак! — возопила мадам Зелдар с очередным ударом часов.
Алиса с отсутствующим видом потерлась своей покрытой шерстяным мохнатым костюмом задней “лапой” о ножку стула: нога чесалась. Затем ободряюще взглянула на тетку и слегка пожала ее дрожащую руку.
— Элмер, ты слышишь нас? — звала мадам Зелдар. — Дай нам…
В прихожей раздался оглушительный грохот. Алиса вскочила со стула; сердце у нее ушло в пятки. Звук был таков, будто в дом ударила молния. Алиса выбежала из гостиной в холл, а затем в зал. За нею последовали мадам Зелдар и Мод. Герберт даже не шевельнулся.
Меховые лапы Алисы прошлепали по паркету и зацепились за ворсистый цветастый ковер. Она отчаянно забалансировала в падении и схватилась за спинку стула. Но тут же забыла об этом, глядя в изумлении на то, что предстало ее взору в центре зала. Там, между мраморным камином и бабушкиным креслом-качалкой, лежал на полу мужчина. По крайней мере, так показалось Алисе.
На нем был серебряный костюм, сыпавший искрами статического электричества. По поверхности костюма пробегали голубые всполохи, а серебристый материал отражал оранжевые блики камина. Левая пола пиджака отогнулась, бросая тень на лицо пришельца, скрытое густой прядью каштановых волос.
Он был либо без сознания, либо мертв.
Алиса услышала почти беззвучное восклицание тетушки позади себя — и тяжкий вздох мадам Зелдар. Он затих с двенадцатым ударом часов.
Алиса взглянула на двойные двери: они были плотно заперты. Осмотрела все окна: тоже закрыты. Каким же образом мужчина попал к ним в дом — и что это был за грохот? Не мог же он возникнуть из воздуха. Озадаченная, Алиса взглянула на потолок: ни одна трещина не пересекала его ровную поверхность. Она осторожно обошла вокруг стула и приблизилась к мужчине. Голубые искры исчезли. Лицо неизвестного, оттененное дневной щетиной, было очень бледным. Алиса пригляделась и с облегчением вздохнула: незнакомец дышал. Кто бы он ни был — он жив!
