А он опять говорил, успокаивал, обещал... просил рассказать что меня гложет.
И я рассказала...
Видимо правду говорят, что перед незнакомым человеком легче открыться, чем перед друзьями и родными. Тебя не будут рассматривать через призму привязанности и собственного мнения, взгляд со стороны дает более объективную оценку.
И я ее получаю.
Порой в жизни нам часто чего-то не хватает или мы мечтаем о несбыточном. Но вместо того чтоб попробовать изменить себя или осуществить задуманное мы находим кучу более насущных дел, чтоб не браться за то, что действительно хочется. Возможно, тем самым ты прячешь страх или неуверенность, боишься не получить желаемое или разочароваться. И ты запихиваешь свое желание как можно дальше, погребая его под ворохом ненужной шелухи, пряча в дальние углы памяти. Но когда-нибудь, где-нибудь, когда ты меньше всего это ожидаешь, те нерастраченные желания вырываются на свободу. И если ты не готов, то случится беда.
Труднее всего осознать и принять эту часть себя. И только если это получится, ты сможешь заново собрать себя, как мозаику, сделать лучше, цельнее.
- Тебе бы психологом работать, - хлюпаю носом, улыбаясь сквозь слезы.
Он промолчал, и только в глазах мелькнуло странное выражение. Улыбка легка на его губы, отчего мое сердце забилось сильнее.
Наши лица так близко друг к другу, стоит только захотеть и губы сольются в чувственном танце поцелуя. Рука задумчиво чертит узоры по крепкому плечу.
Сэт медлит, перебирая мои волосы, вот рука заправила выбившуюся прядь за ухо, прошлась по щеке, подбородку. Подушечки указательных пальцев касаются губ, заставляя их приоткрыться. Дыхание сбивается, чувствую себя туго натянутой пружиной, готовой сорваться в любой момент.
- Ты прекрасна, Ангел, - слышу я, прежде чем его требовательные губы накрывают мои. Первый раз в жизни меня так целовали. Неспешно, будто дразня, приходясь языком по нижней губе, вырывая стон. Выцеловывая каждый уголок губ, затевая игру с языком. Неспешно, медленно, зажигающее.
Тело превратилось в комок оголенных нервов, каждое прикосновение вызывало ноющую боль.
Начинаю ерзать на коленях.
- Какая нетерпеливая, - тихо смеется мужчина и подхватывает меня на руки.
Меня куда-то несут, не разбираю дорогу, занимаясь куда более приятным делом.
Вот мы уже в комнате с огромной кроватью. Мужские руки неспешно избавляют меня от одежды: вот слышится быстрое вжик, и молния держащая платье, разорвана на две половинки. Ткань красным водопадом стекает на пол, за ней следуют нижнее белье и туфли, венчает всю эту гору золотая диадема...
Эта ночь навечно останется в памяти, как самая романтична из всех, что у меня была. Наполненая невыразимой нежностью и обжигающей страстью. Подбросившая меня до самых вершин блаженства, низвергающая в бездну удовольствий, заставляющая гореть в пламени желания.
Усталая и довольная я уснула в колеце сильных рук, когда уже за окном разгорался рассвет.
София
Что-то странное со мной творится. Мне кажется я бреду в кромешной темноте, ужас сковывает душу, еще немного и я точно сойду с ума. Рука пытается нащупать хоть что-то, но, то и дело проваливается в пустоту.
Уже тысячу раз я успела пожалеть, что предложила подругам поиграть в магию. Мама ведь не раз меня предупреждала, не относить легкомысленно к оккультным наукам, если ты во что-то не веришь, еще не значит, что оно не существует.
Ох, мама, как ты была права.
В следующий раз несколько раз подумаю, прежде чем что-то делать.
И вот вновь я протянула руку вперед и наткнулась на что-то склизкое и липкое. Внутренне содрогнувшись, я сейчас порадовалась, что не могу видеть, что это такое. Боюсь, моя хрупкая психика не выдержит подобного зрелища.
Послышался тихий шелест, похожий на хлопанье мелких крылышек.
О нет, нет-нет-нет.
Даже боюсь думать, что там может быть, инстинкты пожарной сиреной орут как можно скорее убираться подальше, но куда? Не зги же не видно.
Звук тем временем приближался, становясь все громче и громче. Плюнув на осторожность, я побежала в противоположную сторону. Несколько шагов и я падаю, больно раня колени. Не обращая внимания на боль, поднимаюсь и бегу дальше, пока со всего размаха не врезаюсь во что-то жесткое.
Слышится ругань на непонятном языке, что-то до боли стискивает мои ребра и яркий свет слепит глаза.
Только и успеваю подумать. Опять?
- Ты просто ходячая проблема, - недовольный голос холодом хлестнул по нервам. Тяжесть с груди отпускает. Тру глаза, и смотрю на источник всех своих проблем.
- Ну, здравствуй, красавица, - голос серебряноглазого брюнета так и сочится ядом.
- Кто ты? - с вызовом вздергиваю подбородок, только бы не показать как мне страшно.
- Твоя мечта, милая, - и такая гадкая улыбка на губах. - Что, не рада?
Мамочки... Ты шутишь?
Отступаю подальше от разъяренного мужчины. Взгляд мечется в поисках выхода, но единственная дверь находится за спиной брюнета.
- Даже не думай.
Он считает что я, в самом деле, послушаюсь? Наивный.
