– А про Лену и Клару что-нибудь расскажете? Маша с ними не общается, я даже не знаю, какая кошка между ними пробежала. Говорят, у них были проблемы с мужчинами. Я слышал, что Лена…
Иван вновь многозначительно умолк. Зинаида Аристофановна не зря вставляла в фамилию лишнюю букву, она передавала отношение. Тема для перемывания косточек подобралась благодатная, а Зинаида Аристофановна, судя по тому, что ниточка расследования привела к ней, в деле собирания и распускания слухов – большой спец.
– Бог их разберет, к кому из них мужики косяками ходили, не хочу о них говорить. До свидания, молодой человек. Счастья вам. Маше передавайте привет и скажите, что тетя Зина добра не забывает.
Дверь закрылась.
На обратном пути Иван перебирал в уме разговор. Осталось впечатление, что в отношении сестер Зинаида Аристофановна что-то утаивает, причем по просьбе Маши или чтобы сделать ей приятное. Выяснить, что именно, очень просто – спросить Машу напрямую.
Не сейчас. После свадьбы. Если одна из сестер натворила что-то, из-за чего остальным стыдно, со своими вопросами Иван окажется слоном в посудной лавке. Возможно, ничего спрашивать не придется, со временем все выяснится само. Когда интуиция говорит, что чего-то лучше не делать, в большинстве случаев этого лучше не делать.
Дома Коляус поделился с Иваном новой информацией:
– С Трубецким поговорили. Причин подозревать его в противоправной деятельности не найдено, связи с Тихомировском полностью оборваны, прочие обнаруженные коллегами «художества» к нашему делу не относятся.
– «Художествами» заинтриговал, теперь уснуть не смогу.
– Леонард Константинович Трубецкой – человек из прошлого, он игнорирует все события, что произошли с Россией за век с лишним, и в лепешку готов разбиться, чтобы вывести корни из знаменитого рода, для чего ведет активную переписку с архивами по стране и в мире. Всерьез его притязания нигде не принимают. К политическим партиям он не принадлежит, в противоправной деятельности не замечен, если не считать высказываний, но за ними ничего не стоит. После развода с Кларой Леонард Константинович уехал из города, в областном центре у него завязался роман, сейчас Трубецкой проживает с гражданской женой в ее квартире, нигде не работает, живет на доход сожительницы-предпринимательницы, иногда пишет в сети статьи против официальной власти. Послушай стенограмму разговора.
Коляус вывел на телефоне звук на колонку:
– Леонард Константинович, почему вы развелись? – спрашивал строгий мужской голос.
– Это наше семейное дело, – отвечал второй мужской голос, нервный и немного визгливый.
– Поймите, что из нашего ведомства к вам без серьезного повода не придут, – сообщал первый. – Есть причина. Она серьезна. Для решения проблемы нужно ответить, в том числе, на заданный нами вопрос.
– В заявлении на расторжение брака все сказано. Не сошлись характерами.
– Может быть, вы что-то узнали о своей супруге, чего не смогли ей простить?
– А может быть, это она узнала обо мне? Не будем гадать. Я ничего не скажу. Ненавижу ваше ведомство, вы мне еще за прадеда не ответили. Если бы не вы, мои дети ездили бы на «Роллс-Ройсах», их принимали бы лучшие семьи и приглашали на придворные балы. Будь моя воля – вы все висели бы на столбах вдоль дорог, чтобы люди видели и радовались. Всего хорошего, идите к черту.
Коляус отключил звук.
– Вот такой человек, – сказал он. – Познакомились Трубецкой и Клара Пономаренко два года назад, вскоре развелись, и выводить призывы к избиению от игр с его фамилией, бессмысленно, слово «Лиапата» появилось в Тихомировске намного раньше. Версию с «Ляписом-Трубецким» временно сдаем в утиль. Временно – на случай, если остальные окажутся еще хуже. Как с рассказами про антиалкогольный клуб. У этой истории есть существенный минус, из-за чего версию нельзя рассматривать всерьез. Избиения и членовредительство не могут покрываться властями и органами правопорядка настолько, чтобы давить на свидетелей и уничтожать проболтавшихся. Снижение уровня пьянства и повышение городского рейтинга – это здорово, но не ценой человеческих жизней. Ни один здравомыслящий чиновник и полицейский на такое не пойдет.
– Если он не член клуба.
– Тогда придется взять за факт, что воюющие с пагубной страстью алкоголики – поголовно все мужчины города, а от женщин они свою борьбу почему-то скрывают за глупыми выдумками. Хотя признаться в борьбе с собственным пьянством, казалось бы, для любого лучше, чем быть обвиненным, скажем, в связях с красоткой из борделя. И невозможно поверить, что все мужчины Тихомировска относятся к категории прозревших алкоголиков. Так не бывает.
– Почему же все? Были «неучастники».
– Единицы. Теория больших чисел тоже возражает против версии «клуба трезвенников».
– Отбрасываем?
– Работаем по ней наравне с другими, пока не прорисуется основная.
– Ведьма Лиафанта в списке версий выше или ниже агрессивных трезвенников?
