— Это вы так думаете, молодой человек! — конечно же, джентльмен радостно переключался на Игоря, — А точнее, вы просто не задумывались раньше. Так не бывает, чтобы нечто существовало, а начальника у этого «нечто» не было…
— Поверьте… — и сам поражаясь собственному терпению, начинал объяснять Игорь, мысленно коря Палюрича за отсутствие в штате «Пробела» собственного медика. Как ни крути, а процентов пятнадцать всех посетителей были явными клиентами психиатра. То ли в городе в принципе проживало так много сумасшедших, то ли, как говорила Вера, «Пробел» попросту притягивал психов.
— Здесь у нас очень яркая энергетика, — с гордостью делилась своими выводами Вера, — Одни мы с тобой своими переглядываниями накаляем атмосферу до опасности возгорания… Плюс Палюрич со своим волшебным умением немножко приподымать настроение в радиусе десятка метров вокруг себя. Плюс остальные. Каждый по-своему, но все со странностями… У нас тут всем городским магам, экстрасексам и прочим психам раздолье. Шаровое поле для мощной подзарядки. Вот все они у нас и пасутся.
— Это ж хорошо. Если нас зажигают, значит это кому-нибудь нужно, — Игорь слишком всерьез относился к таким Вериным гипотезам, — Значит, мы сильны. Значит, есть в нас какие-то витамины, раз нами кормятся…
— Главное, не вырабатывать в тех, кто кормится, зависимость от нас. Иначе потом выходит, что мы в ответе за тех, кого приручили… И тогда уже не имеем ни малейшего права уходить, — от таких мыслей Вера обычно тускнела, и разговор замирал на время. Пережидал, пока и Игорь, и Вера вновь найдут в себе силы делать вид перед самими собой, что союз их имеет право на существование.
Вот в таком вот приподнято-взвинченном состоянии проходили теперь тяжелые трудовые будни. Глаза болели от недосыпа. Резкие звуки заставали врасплох, заставляя вздрагивать. Клиенты, уже все, производили впечатление людей, которые глубоко не в себе. Коллеги — тем более. Но Игорь и не думал об отдыхе. Каждый день, невзирая на «не свою» смену, Критовский, едва открыв глаза, рвался в «Пробел». Там, притаившись, ждали его взбалмошный рабочий день и спасительный релаксационный вечер. И то и другое, освещенное присутствием Веры, делалось необычайно важным и необходимым. Вот уже неделя, как, по окончанию очередного внеочередного дежурства (Игорь постоянно напрашивался отработать вместо кого-то из коллег, стремясь совместить свое рабочее время с Вериным), Критовский вежливо откланивался с коллегами и, спешно выскочив за крыльцо «Пробела», серой тенью нырял в ближайшую подворотню. Там Игорь закуривал, усмехаясь комичности собственного положения. Скажи ему кто раньше, что Игорь добровольно будет прятаться, «шифроваться», делать вид, что состоит со своей любовью в крайне поверхностных приятельских отношениях, Критовсикй бы возмутился и выдал бы в свет нравоучительную речь о подлости скрытности и пользе открытости… А сейчас? Только тайно, только полунамеками, только ощущениями… Сейчас Игорь чувствовал, что по-другому нельзя. Пока нельзя. И потому каждый раз нырял из «Пробела» в свою роковую подворотню и ждал. Вера появлялась обычно в течение пятнадцати минут. За это время Игорь успевал выкурить полторы сигареты и заскучать…
— Ну, Вера, ну насмешила! — хорошо поставленный смех Палюрича достигал даже заветной подворотни, где Игорь нелепо притоптывал на месте уже минут двадцать.
— Один-один, — чтобы расслышать Верин ответ, Игорю пришлось напрячь слух, — Ваша шутка тоже была достойной. До завтра.
«Ну наконец-то,» — Игорь уже даже собирался вернуться в «Пробел», дабы визуально поторопить Веру, — «Я тут жди, мерзни… А она там шутки шутит…»
— Вера! — откуда-то из недр «Пробела» пробился Анютин зов, — К телефону!!!
«Тьфу!» — Игорь расстроился. Сначала из-за вынужденного продления ожидания, потом из-за мыслей о том, кто звонил сейчас Вере, — «А, между прочим, тот, кто звонит, наверняка, имеет на её время куда больше прав, чем ты. Так что досада твоя, глупый Критовский, совершенно неуместна. Ты ведь изначально знал, с кем связывался,» — внутренний голос Игоря в последнее время стал до ужаса противным, — «Может, она уже попросту забыла о том, что ты ждешь?»
Критовский не выдержал и проскользнул вдоль стены к крыльцу.
— Забыл кое-что, — пояснил Игорь Палюричу, попыхивающему сигареткой у входа.
— Не кепку, часом? А то тут, знаешь ли, опасно стало кепки забывать…
— В смысле?
Оказалось, Палюрич решил подшутить над Верой и теперь пребывал в состоянии крайнего восторга от её ответных действий.
