Но ныне на звёздной орбите торчало Милосердие, так что гнусная еретичность предателей сыграла против них, мысленно потёр я руки.
И добежал до мостика, куда, судя по вокс-сетке, спешил Редуктор в сопровождении троицы логисов — наш план требовал плотного взаимодействия с командой судна и ювелирно точного расчета.
— Вокс-сообщение, Франциск, — озвучил я, только войдя на мостик.
— Уже, Терентий, вариант первый, — довольно ответил капитан. — Еретики вышли на орбиту звезды, гася скорость, и, судя по коррекции курса, намереваются перехватить нас, завершив виток, — озвучил он.
Вокс-сообщение же содержало указание поднять руки, раздвинуть булки и вообще бояться, поскольку Инквизиция мы. Тогда, возможно, милосердно придушим, перед очищением огнём. А не сдадутся — душить будем после оного.
А второй вариант был несколько хулиганским, но детально описывал всяческие паскудства и нехорошести хаоса в целом, несунов в частности и Лоргара персонально. Лично я находил это чрезмерным, но не признать нужность «на всякий случай» не мог. Мало ли, не погонятся за нами, впрочем, планы внеплановый выход еретиков несколько перекроил.
Что вломившийся на мостик Редуктор с логисами тут же озвучили, подключаясь к подготовленным гнёздам.
— Внеплановое положение, противоход, — бормотал магос под нос, явно обмениваясь с логисами массивами данных. — Капитан, малый вперёд, данные траектории у вас на терминале, — бросил он и отключился.
И вот в чём состоял наш хитрый план, на который меня натолкнуло стечение обстоятельств и факторов.
Итак, есть у нас еретическое корыто, сверхвооружённое, с непробиваемыми в разумные сроки нашими орудиями щитами и бронёй. Притом, Милосердие Хористам на один зуб, а Арк Механикус — на одну челюсть. Может, челюсть себе и сломают, но Вечное Движение с гарантией уничтожат.
На Милосердии, при этом, есть аж два спецбоеприпаса для приведение в действие приказа Экстерминатус: торпеды с мощными установками плазменного бурения, после попадания на поверхность планеты, менее чем за час пробивающиеся в окрестности планетарного ядра и вызывающие мощный взрыв, выводя планетарное ядро на нестабильный режим.
В девяноста процентов случаев планета просто раскалывается на кучу астероидов. В десяти, если планета старая, и активность ядра слаба — просто серьёзнейшая тектоническая активность, и всему на коре планеты всё равно кирдык.
Так вот, этот запредельно дорогой боеприпас имело бы смысл потратить на корыто несунов, вот только торпеде надо было коснуться поверхности судна, чтоб запустить режим «движения к центру массы». Но этого, опять же, не давал сделать щит.
При этом, Франциск, в сердцах, пожелал еретикам сгореть огнём, что толкнуло мысль к самой горячей топке любой звёздной системы. А потом я задумался о вооружении Милосердия, а главное — плазменных мортирах, которые не ставят даже на линкоры. Обычно это вооружение орбитальных баз. Ну и плазма, в колдунском, сверхкритичном состоянии пришла в голову.
Итак, сия плазма переходит в состояние плазмы обычной после столкновения с объектом не менее плотным, нежели жидкость. А что, если выстрелить этой самой плазмой в звезду? Мои скудные знания утверждали, что плазменный поток пролетит корону — там просто нечему, невзирая на температуру, вызвать «подрыв». И дойдёт до лучистой зоны — области непрерывной термоядерной реакции, где вещество, невзирая на сверхтемпературы в миллионы градусов, начинает приобретать плотность жидкости. И вот тут-то наша плазма и рванёт. То что она намного холоднее — ерунда, важен сам факт «возмущения», вызванного слаженным залпом, мегатон в пятьдесят, не меньше.
Звезде-то это всё тьфу, но данный выстрел, по логике, должен вызвать протуберанец, причём не коронный, а лучистого вещества. Небольшой и кратковременный, по меркам светила, но…
Миллионы градусов на довольно значительном удалении от светила. Пусть самые-самые суда, со слов Редуктора, такое и могут пережить, но не наш противник.
Соответственно, изначальный план был вынудить несунов погнаться за нами, ну и «поймать» их корыто на спровоцированный плазменным залпом протуберанец.
Сейчас, правда, вводная изменилась — ловить придётся «в лобовую» и на противоходе, но помимо недостатков есть и достоинство — можно будет задействовать обе мортиры, тогда как изначальный план предполагал одну.
— Есть расчёт, — тем временем вслух озвучил Редуктор. — Передано на терминал управления орудийными палубами и вам, капитан. Требуется прямое сопряжение с орудийными расчётами, — продолжил магос.
— Передаю, — несколько поморщился Франциск, копошась за капитанским терминалом и допуская «посторонних» до святая святых корабля.
Впрочем, нужность этого он и сам понимал, так что долго строить обиженку не стал, явно занявшись контролем курса Милосердия и, как и Редуктор, отслеживая передаваемую зондами траекторию корыта несунов.
