По достижении сознательного возраста в течение семи нескончаемых лет мать заставляла ее каждое воскресенье облачаться в одежды Святой Девы Лурдес и в таком виде идти на полуденную мессу — во исполнение обета. Когда ей еще не исполнилось и двух месяцев, в Боготе разразилась эпидемия коклюша, и Солита заразилась. Ее мать, чье благочестие доходило порой до исступления, в отчаянной надежде спасти ребенка обратилась к святой чудотворице и обещала ей, что если девочка выживет, то в благодарность со дня первого причастия будет еженедельно носить ее одежды. Не считая этого воскресного обета, ради которого приходилось обряжаться людям на смех, детство Соледад Урданеты было счастливым.
Она жила в великолепном доме, выкрашенном в ярко-синий цвет. Отец выбрал для его постройки район Чапинеро, на севере Боготы, где находились поместья самых знатных и богатых горожан. Там, посреди огромного двора, в тени эвкалиптов и в окружении розовых кустов, над которыми щебетали райские птицы, он установил для развлечения дочери ветряную мельницу на крепкой стальной основе. Соледад пришла в восхищение, увидев такую однажды во время летнего путешествия. Вращаясь, мельница день и ночь источала всевозможные ароматы, наполняя воздух изысканным благоуханием.
Еду Соледад подавали в дорогой посуде, на тонких скатертях, привезенных из Италии. Швейцарская кисея и атласные ленты украшали ее платья. Спала она на литой бронзовой кровати с балдахином как у настоящей принцессы. Было у нее и трюмо, облицованное перламутром, и большое зеркало, украшенное хрустальными розами. В нем каждый божий день отражался нежный овал лилейно-белого личика, обрамленного каскадом волос цвета воронова крыла, ниспадающих до пояса. Вечерами няня долго и тщательно расчесывала их серебряной щеткой, пока девочка повторяла домашние задания на следующий день. Глаза ее, словно два благородных оникса, сияли теплым глубинным светом. Соледад понимала, что красива, но с детства была не приучена зазнаваться.
Ее отец унаследовал фабрику, раньше производившую свечи и глицерин, и сделался хозяином процветающего мыловаренного предприятия, что позволило ему окружить семью сказочной роскошью. Он состоял в самых престижных клубах города и не пропускал ни одного достойного внимания спектакля в Театре Колумба.
Мать, известная светская львица, распоряжалась домом и хозяйством, а на досуге развлекалась игрой в бридж, посещением приемов и изучением европейских обычаев, которые уже начали оказывать заметное влияние на высшее общество Боготы.
Детство Соледад протекало между собором Святого Сердца, клубом «Кантри» и воскресными мессами в церкви Святой Девы Лурдес. Ее будни заполняли частные уроки, веселье с подружками. Восхитительные путешествия, которые отец организовывал каждое лето, позволяли отдохнуть от ночного холода тропических степей и веющего с горных отрогов зноя.
До четырнадцати лет Соледад Урданета жила в сказке... пока не познала любовь.
Со дня смерти отца прошли две недели, и Андреу Дольгут заканчивал последние приготовления к морскому круизу с Титой и сыном. Вечером на его роскошной вилле в Льяванересе должен был состояться прием. Ужин для гостей накроют в новой летней беседке в тайском стиле, среди финиковых пальм, по специальному заказу привезенных из Марракеша, и незаметных фонтанчиков, журчащих по всему саду.
Дом придавал ему уверенности. Не зря же он потратил кучу времени и целое состояние на ремонт и оформление интерьера, на отделку и антикварную мебель. Под надежной защитой своего богатства Андреу чувствовал, что может свободно общаться на равных с представителями элиты.
— Отпуск без тебя будет тянуться целую вечность, — нежно проворковала Тита Сарда в мобильный телефон. — Тсс, тихо, с ума сошел, не сейчас!
Когда Андреу вошел, она уже закончила разговор. Боясь, что муж услышал лишнее, она на всякий случай прибегла к отвлекающему маневру: одарила поцелуем, одновременно застегивая ему расстегнувшуюся пуговицу на рубашке.
Для Титы предстоящий отдых обещал превратиться в сплошное мучение. В своем спортзале она не только сжигала калории на велотренажере, но и давала выход сжигающему ее пылу страсти. Тренер, атлетически сложенный блондин, чье лицо то и дело мелькало на телеэкране в рекламе йогуртов, покорил ее сердце. Тита не переставала повторять про себя, что это всего лишь мимолетное увлечение, однако их роман длился уже больше года. Из-за избытка свободного времени встречи с любовником становились все продолжительнее, так что она даже сняла уютное гнездышко на двоих в престижном районе Педральбес, где и проводила целые дни за благотворными физическими упражнениями.
