— Как ты это объяснишь, Шерлок? Только вчера вечером ты говорил мне, что больше себе не навредишь и стоило мне выйти за дверь, как ты начинаешь вырезать замысловатые узоры на своей руке. Я уже не знаю, что увижу в следующий раз. Какой изощренный метод ухода от реальности ты отыщешь. Сначала это были наркотики, теперь ты подсел на боль, что дальше?
— Я бы не хотел, чтобы ты это видел.
Шерлок начал раздражаться. В тоне Майкрофта слышался упрек и обида, и Шерлок начал узнавать своего прежнего брата, которого знал много лет, и который лишь недавно позволил себе быть чуть более чувствительным, и только по отношению к нему.
— Скажи зачем?
— Это я сделал, — устало отозвался Шерлок, — Не говори мне, что я не прав.
— Как порой с тобой тяжело, — вздохнул Майкрофт, — Покажи мне, как именно ты себе навредил.
— Я не могу.
Шерлок выглядел бледно и измученно после ночи кошмаров с участием его брата.
— Ну же.
Майкрофт поднялся и подошел к нему, аккуратно перехватывая запястья.
— Сядь, — попросил он.
Шерлок подчинился, опустившись на диван.
Майкрофт сел рядом с ним, опустившись на колени и расстегнул манжеты его рубашки, закатав рукава вверх. Порезы были только на одной — левой руке. Майкрофт насчитал их четырнадцать, возможно это число что-то значило.
Майкрофт переплел их пальцы, погладив тонкие запястья.
— Послушай, что бы ты там не думал, это прошлое, и ты ни в чем не виноват.
— Эта печать проклятья, оно будто преследует меня.
— Как и его. И меня, потому что я разделил его с тобой.
— Кто он такой, Майкрофт? Каждый раз, когда что-то случается, все нити ведут к нему.
— Твоя противоположность. Возможно, мы еще встретимся, и он причинит еще немало боли. Но как бы то ни было, я не хочу, чтобы ты страдал. И поэтому я пришел предложить тебе пожить у меня.
— Я не могу отсюда уйти. Здесь мой дом.
— Хорошо. Тогда буду ждать тебя на выходных, если они будут.
Кровь уже прекратила течь и Майкрофт склонившись поцеловал тонкие ранки.
— Я их вылечу, только пообещай не наносить новых.
— Я обещаю.
***
Глава 5.
Принадлежащий только себе.
Джон переехал жить к Мэри — своей любимой девушке, поэтому Шерлок остался один на Бейкер — Стрит.
Это позволяло ему чаще видеться с братом — Майкрофт иногда приезжал на выходных в гости к Шерлоку, либо наоборот, Шерлок приезжал к нему.
Они вместе играли дуэтом на скрипке, много говорили, пили вместе чай, обсуждали запутанные дела. Брат старался предложить Шерлоку самое интересное, чтобы он и думать забыл о том ужасном случае. Майкрофт всеми силами старался в дальнейшем предотвратить подобное и всячески заботился о Шерлоке, избавляя того от дурных мыслей о том, что тот не сумел предотвратить. Майкрот знал, насколько губительно одиночество — оно заставляет людей разрушать себя, и утрачивать смысл жизни.
Майкрофт заботился и Шерлок постепенно успокоился, хотя иногда он выглядел грустным и задумчивым в те моменты, когда его никто не видел, отчаянно цепляясь за вину, он все больше выматывал себя на расследованиях.
Его брат это замечал, но ничего не говорил. Он не делал замечаний, когда Шерлок не ел вовремя, или ложился спать слишком поздно, если ложился вообще, или когда он курил.
Майкрофт переживал, что порезы на руках брата снова появятся. А Шерлок до крови расчесывал старые, не давая им зажить до конца. Все явно было не в порядке, но Шерлок старался держаться хотя бы ради Майкрофта и Джона — близких людей, которым он был не безразличен.
Майкрофт оставался на ночь иногда, когда была возможность, а выпадала она редко, но ни о какой близости речь не шла. Они просто засыпали рядом обнявшись и долго друг друга целуя, но
Шерлок всегда отстранялся, когда поцелуи и ласки становились слишком страстными, готовыми перейти во что-то большее, что окончательно бы все изменило между ними. Он позволял гладить себя, забираясь под рубашку ладонями и нежно касаться своей кожи, и даже получал от этого удовольствие, но будто что-то ему мешало.
Вот и в этот раз, когда они были вместе, а Шерлок сидел на коленях у своего брата, с наполовину расстегнутой рубашкой, он отстранился назад от его губ, когда тот начал расстегивать молнию на его брюках, и сказал переводя дыхание:
— Нет, Майкрофт, я не хочу.
— Почему? — спросил тот, — Я вижу, что это не так.
Шерлок выглядел бледным, но возбужденным. За последнее время он немного похудел, и брат не мог никак на это повлиять, боясь оказать слишком сильное давление в такой ситуации, когда требовалась помощь совсем иного рода.
— Просто мне пока достаточно того, что у нас есть. Мне нужна любовь, Майкрофт, правда нужна, но к большему я пока не готов. Прости. Я просто… Не нуждаюсь.
— Я понимаю, хорошо, — согласился с ним Майкрофт, — Я догадывался, почему у тебя никого нет так долго. Ты любишь иначе — умом и сердцем. Так работает твой гениальный ум.
— Я долго думал о том, чего хочу, и как бы это могло быть. Мне бы хотелось, чтобы это было что-то особенное, не просто физическое.
