Антон протянул руку к стеклянному столику впереди, украшенному хрупкой белой вазочкой, откуда одиноко и гордо торчит синий-синий искусственный цветок, и взял со стола большой пульт, затем он нажал на пару кнопок и серые строгие жалюзи принялись закрываться, а одновременно с этим включились все источники освещения в комнате: верхнее освещение, галогенные лампы в стенах и струнные светильники.
Мы оказались словно в другом помещении - залитом нежно фиолетовым плотным светом, который сгущался вокруг дивана, делая его самым светлым пятном. Кое-где фиолетовый перемежевался с темно-синим и нежно-салатовым.
- Антон, мы как будто бы в клубе! - С восторгом огляделась я. - Как тут красиво! Я никогда не думала, что такой стиль в интерьере может быть уютным.
- А я не чувствую в этом доме уюта. - Вздохнул почему-то он. - Стараюсь бывать здесь не слишком часто.
- Почему? - С сочувствием спросила я. Для меня дом очень многое значит. А куда еще идти человеку, как ни домой? Дома должна быть семья, должны быть те, кто тебя ждет. Бедный мальчик, неужели его действительно некому ждать?
- Здесь всегда пусто, - подтвердил мои опасения одногруппник.
- Если тебе будет скучно, приходи ко мне в гости, - тут же сообщила я Антона.
Он не ответил, только улыбнулся краешком губ. Это значит, он придет? Ты же придешь ко мне, правда?
- Почему мне иногда хочется тебя пожалеть? - Простодушно спросила я. Рядом с ним я иногда чувствую себя матерью Терезой.
- Я не знаю. - Он немного грустно улыбнулся, а я захихикала, приглядевшись к нему.
- Ты что? - Не понял причину моего смеха хозяин квартиры.
- Твой дом напоминает мне космический корабль, а ты сам - инопланетянина! - Обрадовала я хозяина квартиры милым сравнением. - У тебя лицо фиолетовенькое такое, как у инопланетянина из-за освещения. У меня, наверное, тоже, но все равно смешно.
Антон нажал еще на какую-то кнопку на пульте, и по комнате медленно закружились светлые снежинки и звездочки.
- Чудеса светотехники! Я тоже себе такую штуку себе домой хочу!
Он ничего не ответил, просто сидел и смотрел на меня, подтянув колено к себе и положив на него подбородок.
Пару минут мы молчали, и я уж хотела напомнит парню о том, зачем мы пришли к нему домой, но почему-то у меня вырвалось совершенно другое.
- с тобой что-то не то. Может, чувствуешь себя плохо?
- Нет. Если только морально плохо. Кать… - Он что-то хотел казать, но не стал продолжать, и опять повисла звонкая тишина.
- Ты сегодня какой-то напряженный, - покровительственно произнесла я, чувствуя ответственность за молодого человека, как за маленькую собачку (кстати, один из плюсов в общении с Кеем - я не чувствую никакой ответственности!)- что-то плохое случилось?
- Нет, - покачал он головой.
- Точно? Ты сегодня, как мы вышли из "Лапландии", странный.
- Катя, тебе кажется.
- Ты от меня так просто не отвяжешься! - Погрозила я ему кулаком, решив взбодрить. Мне захотелось подурачиться, пока волшебство современных световых эффектов не пропало, и я, чуть подумав, какой бы фортель мне выкинуть, на коленях переползла весь широченный диван, остановилась около Антона и, взяв его лицо в ладони, от чего он вздрогнул, слегка укусила за нос. Когда я была маленькой, я всем так делала - за носы кусала.
Такое бесцеремонное поведение, как я и рассчитывала, взбодрило Антона.
- Что с тобой? - Потер он нос слегка обалдело.
- Я тебя так веселю, - обиделась я и отползла подальше. Обычно я не веду себя так в гостях, но сейчас на меня напало какое-то игривое настроение. - Ты скучный и грустный, как дерево.
- Как дерево? А оно может скучать? - Потер лоб он. Чесотка у него что ли, началась?
- Может, ты же скучаешь. Хочешь, я тебе песенку спою?
- Хочу.
- Ну, вообще-то я не умею петь. У меня есть слух, но голоса нет. Может, ты споешь? - Лукаво предложила я.
Он рассмеялся:
- Нет, я тоже… петь не умею. Хотя слух есть.
- Обидно, правда?
Парень кивнул. Ну, как его расшевелить? Почему он печальный? Почему глядит на меня, как нагадивший в тапок кошак?
- Предлагаю тебе спарринг. - Придумала я еще одно развлечение. - Кто круче! Давай-давай, не скучай!
- Ну, если ты хочешь…
- Еще бы!
Мы сползли на пол, поставив сцепленные руки на диван.
Естественно, я выиграла, потому что кто-то поддавался мне крайне бессовестно.
- Ты должен со всей силы играть! Какой это тогда спарринг?- Возмущалась я. - Антоша, надо по-честному.
- Все и так по-честному, - отвечал он мне с такой искренностью, словно говорил правду.
- Не ври! Ты должен быть сильнее! - не оставалось мне ничего другого, как кинуть в него подушкой. Я-то думала, что он бросит меня ею в ответ, но Антон не стал этого делать. На мой вопрос: "почему?", сказал, что не может кидаться в девушек даже подушками. Как же мне его взбодрить-то? Почему он грустный, как последний огурец в банке, знающий, какую страшную участь приготовили ему прожорливые людишки, схрумкавшие его остальных зеленых братьев.
А ты пни его, мальчик и взбодриться. Лучше всего пинай по голове и много раз подряд, глядишь, и разбудишь в нем первобытную агрессию. Обоим весело будет.
- Антон, - деловым тоном произнесла я.
