– Подумай, что ты можешь предложить Саше – независимую студию? Сделка завершится не раньше ноября. Квалифицированный персонал? На громкое имя вряд ли кто-то поведется, если оно не предоставит современного и технологичного оборудования. Тираж в количестве трех пластинок и маленький клуб для выступления? Извини, конечно, – Веста перестала пилить ноготь, – но Пен выигрывает по всем пунктам, и переубедить молодой зазнавшийся талант будет трудно.
– Слушай, а ты на чьей стороне? Я решил, что мы союзники, и я могу тебе доверять?
– Я никуда не уходила, – Веста изобразила улыбку на лице. – Сашу берет на попечительство Билли, а мне все также интересен ты. От должности главного менеджера я отказываться не собиралась. Ты раскрутишься, я уверена. Саша станет большой «звездой» до конца года и независимая студия ей ни к чему.
Веста сунула пилочку в карман куртки Анри и вышла из номера, задержавшись на пороге.
– В шесть репетиция, – напомнила она. – Билли распорядился, чтобы ты дал возможность Саше выступить с двумя песнями – сольной и дуэтом с Группой. Программа увеличивается по времени, но Билли сказал, что он не в силах нарушить личное распоряжение Льюиса.
Дверь в номер захлопнулась.
– Я сам этого хотел, и вряд ли буду жалеть о случившемся, но знаю, что буду корить себя, что отдал Пену Сашу, спасая собственную шкуру.
– Я поговорю с ней, она упряма, но не забывай, что в Парке она послушала меня.
Элизабетта сняла очки и бросила их на стол.
– Нет, – возразил Анри. – Я не хочу давить на Сашу, пусть решает сама. Кто мы такие, чтобы лезть в ее судьбу? Слава заглатывает, как губка, от нее сложно отказаться… В моей жизни появилась ты… и помогла одуматься. Иначе Пен и дальше продолжал бы пить из меня соки, Билли вить веревки, а я бы упивался славой и собственным гением.
– То есть ты не станешь упрашивать Сашу вернуться? Учти, что имя Кэла Калди сменится именем мистера Пена.
– Или моим. Саша сама разберется, со временем.
– Когда будет слишком поздно? И мистер Льюис Пен предстанет перед ней во всей красе, хорошим ты другом окажешься после этого.
– Возможно, ты права, хочешь – говори с ней, я мешать не буду.
Анри завязал второй шнурок, запахнул куртку и встал. Элизабетта поплелась за ним.
– Если ты забыл, я опекаю Сашу и не могу допустить, чтобы ее талант обогащал Пена. И вообще, он в курсе, что ей только шестнадцать!
– Саша ушла к ним… и как бы ты не старалась вернуть ее, она не пойдет за тобой во второй раз. Понять ошибки можно, только совершив их.
Элизабетта не ответила. Она не оставляла надежду уговорить Сашу отказаться работать на корпорацию.
Королева пригласила Эдварда на прогулку в сад. Чтобы избежать слухов и споров, к ним была приставлена Роза, которая держалась в стороне. День выдался солнечным, но прохладным, несмотря на ясную летнюю погоду. Королева периодически поправляла тонкую накидку, съехавшую с плеча. Эмоции переполняли ее после овального заседания, и только Эдварду она позволяла выслушать причитания и жалобы на неудавшеюся жизнь.
Роза шла за ними и прислушивалась. Королева не обращала внимания на нее и делилась с Эдвардом о наболевшем. Охранник реагировал на резкие движение госпожи и, как верный друг, искал способ помочь.
Роза выглядела встревоженной. Побежденный Ромен впал в уныние и покинул Золотой Дворец. Накануне она встретилась с Василем, который уверил ее, что договоренность между ними в силе и от нее ждут новых сведений, чтобы в решительный момент нанести ответный удар. Роза верила, что шпионаж за мужем и королевой не принесет последствий ее семье, хотя по ночам ей снились кошмары, а поведение пугало. Она стала похожа на очумевшую женщину, видящую угрозу в разговоре с подругами, сыном, невесткой. По ночам она вскакивала с постели и несколько минут смотрела в окно, если его открывал сквозняк, а ветер шевелил занавески. Уставший за день Эдвард не замечал изменений в поведении жены. Он никогда не думал о ней, как о женщине, и Роза радовалась невниманию впервые за долгое время, так как муж не требовал объяснить странное поведение.
Клаус выполнял задание отца, и Роза скучала по сыну. Она думала и об Энни, девушке, которую она не признавала женой Клауса долгое время. Невестка на удивление оказалась заботливой и понимающей, молча выслушивала жалобы и давала советы. Однажды Роза так увлеклась откровенным разговором с Энни, что едва не выдала себя. Она переживала из-за рискованной сделки с Эдвардом, но она вовремя опомнилась и Энни не заметила ничего необычного.
– Вы звонили королю, Эдвард? – Роза услышала властный голос и опомнилась. Она приблизилась к мужу и незаметно включила карманный диктофон, которым ее снабдил Василь.
