— Со временем он откроется тебе, — девушка ласково улыбнулась, кинув взгляд на двери кухни. Сехун обернулся. В проходе стоял сонный Хань, закутанный в теплое одеяло. Он закусил губу, переминаясь с ноги на ногу, и неловко поглядывая из-под сильно отросшей челки на младших. Хун молча поднялся, уводя Лу обратно в комнату, как маленького ребенка.
— Прости, — прошептал блондин, когда Сехун лег рядом на кровать, придвигаясь ближе к старшему.
— За что ты извиняешься? — парень нежно провел ладонью по щеке менеджера.
— Я…
— Расскажешь, когда придет время, ладно? — Сехун прикоснулся губами к складочке на лбу Лухана, и тот перестал хмуриться, расслабляясь в руках младшего. Он опустил взгляд, прижимаясь к Сехуну ближе и пряча лицо на его груди, чтобы тот не успел разглядеть слез, наворачивающихся на глаза.
========== Глава 9 ==========
Кенсу неотрывно следил за передвижениями своего подопечного по тренировочному залу. Чонин сосредоточенно отрабатывал новые движения, с головой уйдя в работу и не отвлекаясь даже на то, чтобы взглянуть на менеджера. Танцы поглощали его внимание, и парень уже не мог остановиться, вслушиваясь в ритмичную музыку. Тело двигалось само, и все идеи Кая по поводу исправления недочетов тут же воплощались в жизнь, заставляя шатена удовлетворенно улыбаться своему отражению в зеркалах. Су приподнимал уголки губ в улыбке, замечая, как Чонин наслаждается своим делом. В такие моменты он переставал думать о том, что Кай — лишь избалованный ребенок, живущий на всем готовом, — потому что невозможно было не заметить горящий в глазах молодой знаменитости огонек. Он, и правда, получал удовольствие от своей работы, готовый двадцать четыре часа в сутки находиться в агентстве и совершенствовать свои навыки. Хоть Кенсу и приходилось силой затаскивать Кима на занятия по вокалу, танцы не были такой проблемой: Кай всегда рвался в тренировочный зал.
До отвлекся на звонок телефона и вышел из помещения, чтобы не мешать подопечному.
— Да?
— Кенсу, ты не видел сегодня Лухана? — обеспокоенный голос Чунмена заставил Су нахмуриться.
— Он поехал с Сехуном на съемки. Кажется, сегодня последний день. А что такое?
— Знаешь, где съемки проходят? — не обращая внимания на вопрос, поинтересовался Ким.
— В Мёндоне, кажется. Возле офиса HSBC. Да что случилось-то?
— Потом. Спасибо, Су, — актер быстро положил трубку, оставляя Кенсу в недоумении.
— Кто звонил? — До обернулся и увидел запыхавшегося Чонина, вытирающего пот полотенцем.
— Чунмен, — брюнет наклонил голову в бок, задумчиво покусывая губы. — Лухана искал. Он был так взволнован, как бы чего не случилось.
— Скорее Лухану выпишут очередную премию, чем накажут, — улыбнулся шатен, стараясь успокоить менеджера. — Ты же знаешь, его наказывать не за что.
«Вообще-то есть, за что, но тебе этого лучше не знать», — мысленно вздохнул До, предчувствуя что-то нехорошее. Он позволил себе наигранно улыбнуться в ответ и протянул айдолу бутылку воды.
— Прими душ. Только не забывай, что вода должна быть теплая!
— Ладно-ладно, — Чонин закатил глаза, делая вид, что слишком утомлен советами старшего. На самом деле он светился от счастья каждый раз, когда Кенсу проявлял заботу.
Шатен поплелся в душ, оставляя менеджера одного. Тот тут же принялся названивать другу, но Хань не брал трубку, отчего Су заволновался еще больше. Обычно на съемках от них ничего не требуется, потому Лу Хань сам часто названивал До, чтобы убить время. Кенсу долго не решался набрать номер Хуна, но все-таки нажал на значок вызова, вслушиваясь в долгие гудки.
— Хен, чего звонишь? — брюнет выдохнул, когда на другом конце раздался шепот Сехуна.
— Лухан с тобой?
— Да, а что такое?
— Когда возвращаетесь?
— Я тут до самого вечера. Что-то случилось?
— Чунмен звонил. Он искал Ханя, и, кажется, был чем-то обеспокоен, — подумав, стоит ли говорить то, что уже долгое время вертится на языке, Кенсу все же тихо проговорил в трубку: — Не светитесь там, у меня плохое предчувствие.
— Да ладно тебе, хен, — прыснул Хун и что-то сказал, видимо, Лухану.
— Я серьезно, — шикнул До, краем глаза замечая мимо проходящих работников. Он старался как можно яснее выразиться, при этом не обратив на себя внимание: кто знает, сколько ненужных «ушей» и «глаз» есть в агентстве? — В последнее время вы оба теряете голову и способность здраво мыслить! Сехун, ты же публичный человек. Пожалуйста, сохраняй лицо!
— Кенсу, — голос Сехуна вмиг стал холодным, что очень удивило До. Он никогда не слышал столько серьезности в голосе младшего. — Наши отношения касаются только нас, и не тебе судить их. Я прекрасно знал, на что иду, когда признавал свои чувства к Ханю. Надеюсь, мы поняли друг друга. Удачного дня.
— Ты… — молодой человек не успел договорить, прервав речь из-за коротких гудков. — Глупый мальчишка.
***