Я слушал их бесплодный торг, и в моей голове понемногу созревало решение. Когда оно окончательно сформировалось, я во время очередной паузы в переговорах тихонько подсказал его Бэйну.
- А это будет надёжно? - обеспокоенно спросил кентавр. - Если трансфигурация исчезнет, великаны объявят нам войну.
- Ритуал трансфигурации считается необратимым преобразованием. Изделие, полученное через него, не поддаётся Фините инкантатем и неизвестны случаи его самовольного возвращения в прежнюю форму.
- Грымг, а ты поменяешь красивый шарик на очень красивый шарик? - предложил Бэйн.
- Так не бывает, - глубокомысленно ответил вождь. - Никто не меняет лучшее на хорошее.
- Понадобится животное средней величины - овца, коза, собака, - быстро шепнул я Бэйну.
- Я возьму красивый шарик и овцу, - сказал он вождю. - Или красивый шарик и козу.
- Покажи мне очень красивый шарик, - потребовал Грымг.
- Со мной человеческий Избранный. Если ты дашь ему живую овцу или козу, он создаст для тебя очень красивый шарик.
- Так же, как этот? - деловито уточнил вождь, мозгов которого хватало для понимания, что шарики ниоткуда не берутся. - Эта козявка - мастер по шарикам?
- Да.
- Но если мне новый шарик понравится меньше, я не поменяюсь. И овцу мне вернёшь. - Грымг оглядел собравшееся вокруг племя. - Эй вы! Вот ты, - он ткнул толстым пальцем в первого попавшегося великана. - Приведи из наших запасов овцу. Большую! А ты, козявка, делай шарик.
Пока ходили за овцой, я расчистил подходящую площадку, нарисовал на ней гептаграмму пятнадцати футов в диаметре и начертил в её углах необходимые руны. С помощью палочки всё получалось быстро и точно. Великанское племя наблюдало за моей работой, затаив дыхание. Когда ритуальный круг был подготовлен, я призвал булыжник размером с голову вождя, и тут как раз привели овцу. Болевые эманации в этом ритуале не требовались, поэтому я обезболил и усыпил овцу, а затем левитировал животное в центр гептаграммы. В двух футах над ним я подвесил магией трансфигурируемый булыжник.
Провозился я над булыжником около часа, но результат того стоил. У меня получился полупрозрачный шар чуть меньше головы великана, переливающийся изнутри всеми оттенками тёплых тонов от золотистого и нежно-розового до огненного и насыщенно-бордового. Шар завораживал, во всех отношениях блестяще выполняя то, для чего он был создан - быть красивым и приковывать внимание. Об его прочности я тоже не забыл, учитывая условия его эксплуатации. Око Ясновидения рядом с этой великолепной штуковиной выглядело тусклым комком затвердевшего воска.
Великаны благоговейно уставились на новую игрушку, а Бэйн стал дозываться Грымга, тоже заглядевшегося на моё изделие. Наконец ему удалось отвлечь вождя от созерцания.
- Грымг, ты согласен на обмен?
- Да, - подтвердил тот с некоторой поспешностью, потому что кентавр мешал ему любоваться новым шариком.
Я наложил Эгиду на артефакт - не хватало еще, чтобы он разбился, когда дело было уже сделано - и призвал его к себе, а затем передал Бэйну. Великанам было не до нас, поэтому на наш уход никто не обратил внимания. Мы покинули посёлок и отправились назад.
Время у великанов пролетело незаметно, а зимний день был коротким. Уже темнело, обеденное время давно прошло. С горы мы спустились на нервном возбуждении, но вскоре ощутили, насколько мы вымотались и устали. Вдобавок мы весь день ничего не ели, и я предложил Бэйну остановиться и перекусить. Едой в дорогу он не озаботился, зато у меня были припасы, взятые из Хогвартса. Рассиживаться было некогда, да и время года к этому не располагало, и, наскоро поев, мы продолжили путь.
Бэйн нёс артефакт в руках, что замедляло его бег, а я на метле приноравливался к его скорости. Помощь я не предлагал, понимая, что он не расстанется с реликвией. Когда мы наконец приблизились к местам проживания кентавров, стемнело так, что мне пришлось приложиться к Дозорному зелью. Бэйн свернул сразу к святилищу, которое по-прежнему охранялось, и водрузил Око Ясновидения на постамент. Напоследок я снял с артефакта Эгиду, и мы вернулись в стойбище.
Едва мы показались между хатками, как ко мне метнулся Тед, который извёлся за время моего отсутствия.
- Сюзерен, ты как? На тебе лица нет!
- Я вправду устал. Трудный был денёк.
- Вы сделали то, за чем ходили?
- Да. Артефакт уже в святилище.
- А за нами тут пришли. Из Хогвартса, где-то час назад.
Похоже, мои планы проспать двенадцать часов подряд накрылись медным тазом.
- Кто пришёл? Дамблдор?
- Нет, Хагрид и Грейнджер с Лонгботтомом и Уизли. Они на той поляне с крокусами. Кентавры препираются с ними и тянут время до вашего возвращения. Звёзды сказали им, что вы вернётесь скоро и с успехом.
- Не обманули звёзды, - хмыкнул я. - Могли бы добавить, чтобы нам ужин к этому времени приготовили.
- А он и готов, идём!
Тед потащил меня туда, где нас кормили. Здесь и нашёл нас Бэйн, которому тоже доложили о том, что за нами пришли из Хогвартса и не желают уходить обратно.
- Мы можем отослать их, чтобы за вами вернулись завтра утром, - сказал он, глядя, как я наворачиваю кашу.
