— Она давно в опасности, сэр, — напомнил я, — но кто предупреждён, тот вооружён. Давайте вернёмся к тому, с чего мы начинали — имеется магический контракт между мной и Кубком, по которому я обязан участвовать в турнире. Возможно, нам пора перейти к инструкциям для чемпионов.
— Да, давайте приступим! — Бэгмен нетерпеливо потёр руки, на его лице читалось предвкушение. — Крауч, скажешь чемпионам вводную?
Крауч глянул на него с неудовольствием, но отказываться не стал.
— Хорошо, Бэгмен, — он подошёл к камину, у которого стояли мы трое, и заговорил скучным канцелярским тоном. — Сначала я обязан напомнить об условиях магического договора, который Кубок скрепляет между участниками и организаторами турнира и за соблюдение которого каждая из сторон отвечает своей магией. В данном случае турнир организует наше Министерство, а ответственным за соблюдение договора вызвался быть наш уважаемый глава отдела по спорту мистер Людовик Бэгмен. Проводящая организация обязуется обеспечить равные условия для каждого из чемпионов и не разглашать сведения, которые могут дать преимущество кому-то из них. За недостаточный уровень подготовки чемпионов она ответственности не несёт. Каждый чемпион обязуется бороться за победу в каждом конкурсе и не может отказаться от участия в каком-либо из них. Он может прекратить борьбу только в случае возникновения не зависящих от него обстоятельств, препятствующих её продолжению. Например, в случае тяжёлой травмы, бессознательного состояния, пребывания в ловушке или под заклятием. Это понятно?
Не знаю, как другие двое, но я ознакомился с каждым пунктом контракта заранее и не услышал ничего нового. Крауч дождался наших кивков и продолжил:
— Первый конкурс состоится двадцать шестого ноября, в субботу. Нам понадобится около месяца, чтобы окончательно определиться с ним и подготовить его, а у приезжих чемпионов будет достаточно времени на акклиматизацию. Второй конкурс состоится предположительно в феврале, а третий и последний — в конце мая следующего года. Участники турнира освобождаются от выпускных экзаменов, учитывая то, что все их усилия будут направлены на подготовку к конкурсам. Вопросы есть?
— Да, — после некоторой паузы изрёк Виктор Крум. — Какие оценки нам будут поставлены за экзамены?
— Разумеется, «превосходно».
Крум удовлетворённо наклонил голову, зато вопрос появился у Делакур.
— Ви сказаль, чьто чемьпионы дольжны готовиться к конкурсам. Ми будьем знать, к чему имьенно дольжны готовиться?
— Нет, мы не можем раньше времени разглашать тайну конкурсов. От вас потребуется общая подготовка, какую вы сочтёте нужной.
Крауч посмотрел на меня, и я отрицательно качнул головой. Вопросы у меня были, но не к нему, а к себе. Я только что чуть не вмазал магией Снейпу со всей дури, минуя собственный рассудок и нисколько не заботясь о том, выживет ли зельевар. И это мне чрезвычайно не нравилось.
— А теперь, дорогие наши чемпионы, давайте выйдем в Большой зал, где нас заждались, — объявил Дамблдор, сияя, как новый галеон.
Нас пропустили в дверь первыми, и мы выстроились перед преподавательским столом лицом к залу — Крум посередине, я и Делакур по сторонам от него. Пока преподаватели рассаживались, Людо Бэгмен с торжественной физиономией еще раз представил нас залу и предложил каждому из нас сказать несколько слов.
— Я горжусь, что Кубок Огня признал меня лучшим. — Крум выглядел привычно-хмурым, но застенчивостью он не страдал. — Я обещаю высоко держать честь школы и приложить все усилия для победы.
Ему дружно захлопали. Особенно старались слизеринцы, для которых Крум стал наполовину своим. После него настала очередь Делакур.
— Я шьяслива стать чемьпионкой, — она распустила на весь зал очарование вейлы, заменившее ей красноречие, и сорвала оглушительные аплодисменты. — Я обьязательно вииграю.
Затем слово предоставили мне. Атмосфера зала, только что с восторгом аплодировавшего вейле, сразу же изменилась на неприязненную. Моя выходка не могла найти одобрения на Слизерине, а остальные факультеты были раздосадованы, что хогвартский чемпион оказался слизеринцем. Со стола грифов донёсся пренебрежительный свист. Я посмотрел туда.
— Да, Кубок Огня признал меня лучшим, как бы это ни было противно некоторым. Спасибо моим врагам — это они сделали меня сильным. Спасибо моим друзьям — просто за то, что они есть. Спасибо всем остальным — за то, что они не мешают мне жить. Что касается турнира — пусть победит сильнейший. Я участвую в нём, чтобы победить, но приму любой расклад.
Слизеринцы всё-таки зааплодировали. Чуть спустя к ним присоединились равенловцы и отчасти хаффлпаффцы — они дружно болели за Седрика Диггори и теперь переживали его провал. Грифы демонстративно не хлопали.
Когда аплодисменты стали затихать, я поглядел на слизеринский стол.
— Секундочку внимания, мне нужно ещё кое-что добавить, — дождавшись полной тишины, я сказал: — Дафна, ты великая предсказательница, а я был неправ.
