Выдают свежее белье и портянки. Портянки имеют в армейской жизни особенное значение. Их наматывание – процесс с виду простой, как пачка спичек. Но на самом деле это целое искусство, от которого зависит твое здоровье, а на войне и вся жизнь. Это как известные стихи про елочку в лесу, запомнить которые ты долго не можешь. Матерчатый прямоугольник из фланели или байки имеет уставной размер 50 на 75 см. Этот клочок материи пришел в нашу современность из прошлых мохнатых веков, когда еще носили лапти. Поддерживая традицию, крутим портянки. Сначала надо закутать большой пальчик или все пальцы, кто как приноровился. Потом опа! Одним махом всю ступню. Обернуть вокруг голени оставшуюся часть портянки и уголочек заткнуть за обернутое. Удобно и легко. Вспотели ноги – снял, перевернул, намотал на ступню сухое, а мокрое – вокруг голени.
Свежие и румяные, строимся возле бани. Смотрю на дома вокруг училища: горящий свет в квартирах, в груди что-то сжалось, вспоминаю дембелей, которые сегодня поехали по домам. Жутко захотелось в родную квартиру на Ленинском проспекте, размышления прерывает команда «Запевай!», идем строем в расположение части.
Постоянная жизнь в военном коллективе, однообразные дни и вот эта бравая песня растворяют тебя как личность в общей массе одинаковых мужских тел. Ты становишься незначительным винтиком, который абсолютно лишен самостоятельности и свободы. От этих мыслей становится грустно, переключаюсь на повседневные заботы и думаю, как бы мне закосить завтрашнюю зарядку, на которой мы бежим шесть километров.
Мы «колхозники». Что можно взять с «колхоза»? Правильно, урожай. И не урожай в высоком смысле выращенных полковников и генералов, а что ни на есть обычный, в смысле пожрать… Одолев очередное бесконечное поле второго хлеба на Руси, то бишь картошки, заныкали один мешочек. И не для того чтобы пожарить или запечь, а что ни на есть с благородной целью – оказать посильную помощь в обеспечении продуктами семье курсанта Сергея Никишина. Его молодая и красивая жена Оля снимала дом в поселке Летний Отдых, недалеко от училища. После ужина и до отбоя было достаточное количество времени, чтобы совершить «самоход» без особого риска быть замеченными в отсутствии со стороны бдительных сержантов или повязанными патрулем за пределами училища. Под покровом темноты группа из трех курсантов, унося на себе дневную добычу с колхозных полей, в полном понимании совершаемого воинского правонарушения, двинулась к «лазейке» на волю. Без особого труда, практически бесшумно, как учили нас первоклассные преподаватели кафедр «Общевойсковой тактики» и «Тактики пограничных войск», преодолели незамысловатое заграждение в виде бетонного забора с колючей проволокой. Чуткий курсантский слух и обостренное восприятие окружающего уловили чье-то присутствие рядом. Одеревеневшие, с широко раскрытыми глазами, пытающимися что-то разглядеть в темноте, готовые в любую секунду сорваться в жестком спринте по пересеченной местности, самоходчики напряженно вслушивались в тишину. Сквозь бешеный стук собственного сердца до ушей донеслись звуки струйки воды, бьющейся о бетонный забор, – кто-то беззаботно или с умыслом справлял малую нужду на цитадель подготовки политических кадров погранвойск СССР. Разбираться с наглецом не было ни времени, ни желания, да и здравый смысл подсказывал известную аксиому – «раз тебя тут никто не видел, значит, тебя тут и не было». Но ситуация взбодрила, гулял адреналин, голова гудела, мешок с картошкой несли, словно он не весил ничего и был пушинкой. В награду за содеянное молодая красивая девушка напоила группу самоходчиков вкусным чаем.
Развод комбат зачитывает обращение из Оренбургской области, в котором председатель одного из колхозов благодарит руководство курса и Вахнина Сашу за активное участие в уборке зерновых в период курсантского летнего отпуска. Вахнину вручается грамота. В строю 37-й группы «вольнодумцы» (Логинов, Махов, Шатских) обсуждают информацию: «…сколько-сколько намолотил?», «лучше бы девушек тискал» и т.п. Одним словом, «колхоз» и есть «колхоз», даже в отпуске.
Осенние ротные учения на полевом учебном центре (ПУЦ) в Ярославской области. Если быть честным, то главная цель любых учений – это сохранить личный состав, вооружение и технику, а также прочее имущество. Но главное – сохранить личный состав, который от физических нагрузок и отсутствия сна тупит и тормозит. Народ спит где попало, обжигается, обмораживается, роняет гранаты и стреляет не туда. Помню, как на 4-ом курсе на учениях по «выживанию» в 30-ти градусный мороз мы спали возле костра в бушлатах и валенках. Дымили и горели валенки, тлели бушлаты. Около трех человек получили легкие ожоги. Когда настала моя очередь идти в дозор, я, нагретый от костра, просто вышел на дорогу и лег спать в колею. Позже по этой дороге на УАЗике с проверкой ехал комбат… Как они меня разглядели в белом бушлате, засыпанном снегом, в три часа ночи, не представляю. Комбат дико матерился и пинал меня ногами. Было не больно, так как он был в валенках, а я в бушлате.