- Да-да-да! -словно пулемётная очередь, застрочила та в ответ с выражением лица человека, который для себя решил что-то очень важное и с этой секунды отбросил все сомнения прочь. Вот же, воистину, диво чудное: то умирающий лебедь, то игривый котёнок!
«Значит, всё-таки суббота удалась, - подумал я про себя, - и, на самом деле, прав был Евгений Павлович, озвучивая своего героя, который говорил, что кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро!»
- М-м-м, Ваше Высочество, а вы позволите мне хотя бы немного собраться?!
- Конечно! - одобрительно воскликнула Маливьена, кружась на месте, что заведённый волчок.
Сейчас в ней было столько позитивной энергии и какого-то всё ещё детского задора, что мне почудилось, будто на самом деле существует две Маливьены: одна - Трагедия, другая - Комедия.
- Ну, тогда чувствуйте себя как дома, Ваше Высочество! - ухватив девушку за талию, я ловко подтолкнул её в комнату, захлопывая дверь. - А ваш рыцарь очень скоро будет готов!
Издав утробный смешок и зарычав, словно тигр, я окинул гостью взглядом одержимого маньяка, развернулся и с невозмутимым видом направился в ванную комнату.
- А вот и не боюсь! - раздалось мне вслед счастливое хихиканье.
- Надо же! И с каких это пор? Аж целый час уже так вот и не боишься?! - продолжил я диалог, уже выходя из ванной.
- Здорово! - последовал очень восторженный возглас вместо ответа.
- И в самом деле, вроде не трущобы, но и с твоей опочивальней разница незначительная! - проходя мимо соседки с полотенцем в руках, озадачился я восхищением той. И только потом заметил, как девушка, словно зачарованная, смотрит на почти полностью оттаявшее сердце, которое теперь постоянно пульсировало, излучая свет. На полу была очередная лужа, и я картинно вскинул руки к потолку в молящем жесте...
- Да, кстати, может, расскажешь, наконец, что это всё-таки за хреновина такая?! - покосился я на пылающее сердце, затягивая ремень на джинсах.
Девушка хмуро взглянула на меня, надула свои пухлые губки и обиженно выдала:
- А вот и ни капельки не хреновина это никакая...
- Всё, всё! - примирительно выставил я перед собой руки. - Ещё не время, это не хреновина, и всё такое! Только не дуйся, Бублик! - и не в силах больше сдерживаться, находясь в такой близости от своего благоухающего обожания, я уткнулся носом прямо в макушку её головы.
От неожиданности девушка вздрогнула, разворачиваясь в вопросительном жесте.
- Я просто хотел немного опьянеть от дурманящего аромата этих волос, Ваше Высочество! Всего лишь один глоточек! - картинно оправдался я. - Думаю, это не повод, чтобы снова вогнать в немилость и наградить своего рыцаря презренным взглядом Бублика?!
- Посмотрим на Ваше поведение, почтеннейший, - ухмыльнулась Маливьена без доли дерзости, - и про сердечко расскажу, я же обещала, но позже, а сначала мы пойдём гулять. И хватит называть меня Бубликом, - несколько обиженно фыркнула гостья.
- Слушаюсь и повинуюсь, Бублик! - ответил я. - И, собственно, ваш кавалер готов!
Сейчас мне как никогда раньше казалось, что Маливьена искренна, даже её сердитый взгляд и местами резкие ответы не несли в себе ни капли негатива. Девушка лишь иронично подыгрывала и шутила, подчеркивая своё чувство юмора, как оказалось, которого она была не лишена. Да, как и всякой девушке, ей нравилось поддразнивать, а мне несказанно нравилось, что в этих дразнилках нет хамства и сарказма, которые приходилось бы постоянно купировать, а как результат - бесконечно пререкаться друг с другом, упражняясь в риторике, вместо того, чтобы наслаждаться проведённым вместе временем. Это радовало меня ещё сильнее, ведь собственные надежды начинали оправдываться, и теперь я видел эту девушку настолько открытой, искренней и задорной, насколько изначально себе и представлял...
Я замкнул дверь и не успел отправить ключи в карман, как был схвачен за руку трясущейся от переполнявших эмоций подругой:
- Пойдём сначала со мной, я кое-что тебе покажу! - поманила меня девушка.
И что бы вы думали?! Правильно, не о лифте вы думали! Мы направились к лестничной клетке, и у меня перехватило дыхание, едва представил, что подруга захочет спускаться все пятьдесят этажей пешим ходом. Я даже решил было запротестовать, но, не успев и рта открыть, ощутил, как наше направление изменилось в сторону верхнего пролёта, ведущего на крышу.
