Новый роман-альтернатива начинающийся с Восточной(в России известной как Крымской) войны на Камчатке.
Отца я никогда не знал, как впрочем и половина детишек нашего двора. А у второй половины папы были номерные , от номера 2 и до бесконечности. Потому и маму никогда расспросами не мучил, дабы не вынуждать её сочинять сказки про полярника или лётчика. Справлялись кое как, вначале бабушка деда одного на хуторе бросила и примотала дочке помогать. А как я более-менее в разум вошёл, то одели мне шнурок от ключика на шею и стал я гулять сам по себе, а бабуля умотала обратно - присматривать за хозяйством и дедом. Но и такой вариант самовоспитания долго не продлился, даже грошовой своей работы лишилась мама. Другой же, в ставшей вдруг свободной Латвии, не нашлось для представительницы не основной нации. Выход оставался один, как и сотням тысяч граждан Восточной Европы - уезжать на заработки в Западную Европу.
Первый класс в Риге я уже закончил, а дальше продолжать учиться надлежало в сельской школе, в округе дедова хутора. Ибо брать меня с собой в Англию мама не могла, там по закону разрешалось оставлять детей одних только после окончания Примари скул, то есть после достижения мной 12 лет. Так что несколько лет пожить мне предстояло на природе, а в школу повозить меня деду на лошадке надлежало. На хуторе ещё пяток дойных коров имелся, потому путешествие в компании молочных канн, отвозимых на рынок, быстро вошло в привычку. Как и спокойная жизнь с любящими и любимыми стариками.
В былые времена дед работал колхозным кузнецом, да и теперь не отказывал соседям лошадок подковать - не бедствовали, да и мама слала из-за границы шмотьё и деньги. Могли хоть машину покупать, хоть в райцентр переезжать, только зачем? Старики держались за веками сложившийся уклад, который однако требовал постоянного труда. Панель телевизора чаще чем на пол-часа, для просмотра новостей и сводки погоды, не включалась.
Наконец то вышел мой срок и мама забрала меня в Англию, подселив полулегально в снимаемую самой у лендлорда комнатку. Соседи по дому были такие же гасты, различной степени испорченности. Потому до начала учебного года, я играя в основном на улице, разговорный английский освоил без акцента. Именно в местном "мидлендском" варианте, а поступив в Секондари скул, за год подтянулся и в грамматике. В счёте и прочих предметах, местных ровесников даже порядком обгонял, здесь учили всему шутя, что б не измучилось дитя. Много нас возили на экскурсии. Как то школьный автобус прибыл в Шервуд форест, что бы мы глянули на дуб, под которым Робин Гуд хулиганил. В расположенном рядом туристо-этнографическом комплексе, обнаружилась и как бы сельская кузня, в которой умелец в основном на продажу для посетителей подковы гнал. Чему и меня дед давно научил и свои навыки я показал тут же. Кузнец удивился, но заявил что как подрасту - он будет рад если к нему присоединюсь.
Только прожив в Англии с мамой меньше года внезапно осиротел - сбил её велосипед подгулявший водила насмерть. Пришлось мне опять на хутор к старикам возвращаться, хоть до совершеннолетия убийцу суд обязал малолетке деньги слать. А за без меня прошедший год деду от хозяйства избавиться пришлось, правила ЕС накладывали слишком много ограничений на мелких собственников. Так что из скота теперь только имелись куры с петухом, кот с мышами, да здоровенная лайка с козой. Под картошку участок распахать приезжал сосед на тракторе.
Хоть гужевого транспорта не стало, но на интернат я не согласился, подойдя креативно- ведь на собаках так же люди ездят. Моё тельце на лыжах наш здоровенный норвежский элкхунд пёр с удовольствием и без какого то напряжения. От входящих в моду ездовых хаски, пёс внешне почти не отличался, но вот зато лося или кабана загнать лучше него не получалось никому. Мяско в моей тарелке и кость в собачьей миске теперь появлялось благодаря лайке - жизнь в лесу имела свои минусы, но и плюсы наличествовали так же. Хотя кроме верного пса, дед и мне самому себя беречь наказал - бывало что и волки из Псковских лесов захаживали, и даже медведи. Так же выдал под большим секретом неожиданно обнаружившийся у него "Наган" с глушителем. Строго приказав внимательным быть, только я и сам уже после смерти мамы повзрослел. Правда за первую же зиму мы идя из школы "попутно" трёх косуль и молодого кабанчика с собачкой прихватили. За самодеятельность дед ругал - на кровь пришли хищники. Уже с помощью старших, ещё на пяток шкур обогатиться получилось. Оказывается бабуля не хуже деда стрелять умела, а некогда занималась биатлоном.
