— Один промах — это нечаянная оплошность, три это уже непростительная ошибка, ищи других поставщиков, в мир пока не сообщай, но ищи, мы должны быть готовы. — у нас только так, жёстко, это ресторанный бизнес, или ты накормишь, или тебя сожрут. Что-то мне это ой как не нравится, позвоню как я Михаилу Александровичу, интриги это уже по его части.
— Я тебя понял, всё сделаю. — и Петя уже собрался уходить, но тут неожиданно выдал мне мою же теорию, — не нравиться мне всё это, Морской мир, такая крупная компания, с такой репутацией, чем-то тут нехорошим подпахивает и это не мидии. — тут мы оба прыскаем от смеха.
— За работу, и уладь, пожалуйста, дела с уборщицами, их должно быть две на смене.
— Всё будет сделано, Свет мой. — позёр и мальчишка.
Два часа, пора бы уже выбраться из кабинетного заточения и проведать персонал, чтоб так сказать не расслаблялись, я здесь, я бдю. Ну или как там. Ну вот они мои драгоценные, целая стайка мох официанток, щебечут на подходи в зал, что ж там за второе пришествие такое.
— Девочки, мы здесь работаем или балаган разводим, — вон как отпрыгнули в разные стороны, бояться.
— Просто, Светлана Ивановна, там же он, Степан, ну который Степан Богатырев, тренер, звезда, вы, наверное, не знаете, он такой классный, секси просто. — на перебой щебечут птички, я даже не понимаю, кто из них что говорит.
— Ну допустим, я не в лесу живу, и кто такой Степан Богатырев знаю, сейчас он наш гость, а не экспонат на выставке. Разошлись по местам, жива.
Все кыш, кыш, кыш, от сюда. На него могу любоваться только я. Боже он действительно секси в своём деловом костюме, в котором я его вижу впервые, и мои любимые плечи, которые сейчас так обтягивает это пиджак. Я бы так мечтала, что бы этот медведь взвалил меня на плечо и унёс куда-нибудь, я бы верещала, а он своей могучей рукой, хорошенечко приложил бы мне по попе. МММММ.
— С вами всё в порядке, Светлана Ивановна, — я что вслух мычала, Натали в шоке вон стоит.
— Всё в порядке, спасибо. — девушка уже собралась уходить, но придется ещё выполнить мою маленькую просьбу. — Принеси с кухни мой обед, пожалуйста, и пусть добавят туда грушевую галету, два куска. — ну спасибо Стёпочка, хотела же сегодня без десерта.
Может меня кто-то сглазил, бабка с рынка, наверное, недаром она на меня так таращилась, ибо с какого лешего у меня всё идёт кувырком. Только с морепродуктами разобрались, так теперь овощи подвисли под вопросом. Я вся на нервах, в зал хожу только по вечерам, с утра не получается, так ещё и глубоко уважаемый сосед разошёлся не на шутку, походу он там оргии устраивает, а я спать не могу. И главное не поймать эту заразу.
Вот если я от дома до зала пешком прошла это уже может считаться за тренировку. Вон Ириска моя любимая за стойкой, сейчас мне быстро настроение поднимет.
— Привет радость моих очей.
— Привет Светунь. — и расплывается в улыбке, и глазки ты посмотри, как сверкают. Вот что секс, животворящий делает.
— Чур едем домой на такси, я сюда ели доплелась. — ой, как глазки виновато смотрят.
— Я не могу, я не домой, — а засмущалась то чё, все свои. — Игорёша за мной приедет, я уйду на час раньше, — и шепчет так сладка, пря как будто это я её Игорёша.
— Всё с тобой понятно, вот так и теряют подруг. — смотрит на меня насупившись.
— Прости меня Свет, ты правда моя самая лучшая подруга… — всё балаган заканчиваем, а то ещё часом разревётся.
— Успокойся Ириска, я за вас рада правда, ты заслужила. — последний чмок, и я убежала в раздевалку.
Пошли они все лесом, и лишние килограммы, и эти чёртовы фрукты — овощи, и это грёбанный спорт, и пироженки, и сосед туда же, особенно сосед, всю душу вымотал, я спать хочу.
— Мне иногда кажется, что вашей главной задачей хождения в зал, является исключительно насильственные действия над нашими тренажёрами. — ну вот же он, вот он, мой любимый голос, такой властный и такой спокойный одновременно. — Ну или моего мозга. — снова бурчит он себе под нос. А сам так нежно берёт меня за ноги. — Валик существует, чтобы фиксировать под ним ноги, а не класть их сверху. — сам рукой проходиться по всей икре, потихоньку ее сжимая, как бы слегка массируя. А у меня глаза закатываются, и руки слабеют, а палочка то тю тю, и такой грохот раздаётся, когда блог о железное основание бьётся. Я вжимаю голову в плечи, и зажмуриваю глаза.
— Простите, — лепечу, задержав дыхание.
— Матрёшка, — слышу удаляющейся шёпот.
Оглядываюсь по сторонам, а в зале кроме Стёпочки только человека три, и все мужского пола, до закрытия осталось пол часика, Ириска уже ускакала. Пора и мне честь знать, бреду уставшая в раздевалку, мечтая лишь о чём-нибудь сладеньком. В душе долго сижу на коленях под прохладной водой, и иду голой к большому зеркалу не далеко от душевых.