– И тебя это волнует? – Пальцы Энзо возвращаются к сигарете.
– Не особо. Но их взгляды мне неприятны. – Я оборачиваюсь и точно вижу, как какая-то дамочка под шестьдесят с гордо поднятым подбородком окатывает меня пренебрежением. Я тут же отворачиваюсь.
– Эта старая сука просто завидует твоей молодости и красоте, – беспардонно заявляет Энзо, откинувшись на спинку стула. – Посмотри, как ее лысый муженек пускает слюни, глядя на тебя.
– Не правда, – отмахиваюсь я, отхлебывая вина.
– Возможно, у него даже привстал.
– Фу, Энзо! – Я едва не выплевываю алкоголь обратно в бокал.
– Готов поспорить, что старая сука вынесет своему старику мозг, когда они вернуться в свой роскошный особняк. А перед тем, как лечь в свою антикварную кровать из красного дерева, он все равно попытается тайком передернуть в туалете, вспоминая о твоей сексуальной попке.
– Спасибо, я наелась.
Отодвигаю тарелку с надкушенным филе-миньон из японской говядины кобе. Так нам сказал официант, советуя отведать самое редкое мясо, которое должно соответствовать строгим критериям отбора. Мне в общем-то плевать, я все равно не люблю стейки. Но фантазии Энзо окончательно лишили меня аппетита, вызвав рвотный рефлекс.
– Доедай. Ты почти не притронулась к мясу. – Энзо бросает взгляд на мою тарелку.
– Я лучше выпью. – Тянусь к бокалу, но Энзо резко перехватывает его и отодвигает к противоположному краю стола, не позволяя мне коснуться даже ножки. – Какого черта? – возмущаюсь я.
– Ешь.
– Ты охренел?! – Его невозмутимый вид еще больше распаляет мою злость.
– Следи за языком, когда говоришь со мной.
– Не указывай мне. Я не твоя девушка! – сама не замечаю, как повышаю тон. Наверняка та старая злыдня уже свернула шею. – Прекрати со мной обращаться, как с одной из твоих… – Я вовремя захлопываю рот.
– Кем? – На лице Энзо не дергается ни один мускул. – Заканчивай, раз начала.
– Шлюх, – огрызаюсь я.
– Я не вожу своих шлюх в рестораны.
– Вау! Так вот чем я отличаюсь от них! – Я дергаюсь, и стул со скрипом отъезжает назад по мраморному полу, привлекая к себе внимание гостей. Но мне уже наплевать. Я все равно больше никогда не увижу ни одно из этих омерзительных лиц.
– Сядь на место, – требует Энзо, и теперь я вижу, как в его зеленых глазах вспыхивает гнев.
– Спасибо за ужин, Бласт. – Хватаю свою сумочку. – Кажется кусок гребаной японской говядины застрял у меня в горле, и мне срочно нужно проблеваться, – специально говорю громко, чтобы наверняка не стать плодом эротических фантазий того старого развратника за соседним столом. – А ты кушай. Я подожду тебя у машины.
Шагнув вперед, я притормаживаю и резко выдергиваю сигарету изо рта Энзо. Он без единого слова наблюдает за мной. Но слов и не нужно. Его бешеный взгляд, полный ярости, говорит громче слов. Кажется, меня, а не супруга той старой стервы, сегодня ждет грандиозный вынос мозга.
Я распрямляю плечи и самой сексуальной походкой, что позволяют мне туфли на шпильках, приближаюсь к столику миссис Злыдни и мистера Предсмертный стояк.
– А ты ничего, – наигранно улыбаясь, я обращаюсь к старику и бросаю в бокал его возмущенной супруги окурок Энзо.
Прежде чем она успевает осыпать меня фразами из разряда «Это возмутительно!», я удаляюсь к выходу, виляя бедрами и громко постукивая каблуками по глянцевому полу.
Только когда я оказываюсь на улице, понимаю, как сильно все это время колотилось мое сердце. Энзо устроит скандал. Я даже боюсь предположить, что ждет меня по пути в Роли. Возможно, он высадит меня где-нибудь посреди трассы и оставит совсем одну в дикой пустоши, чтобы я подумала над своим поведением. Возможно, он даже не вернется за мной. Но я не могу больше это терпеть. Я не его игрушка.
– Садись в машину. – Слышу я грубое указание за своей спиной.
Накатившее раздражение сдувает теплый осенний ветер. Проглатывая негодование, я повинуюсь и выполняю приказ Энзо.
До въезда в уже знакомые очертания Роли мы оба молчим. Энзо много курит. А я дышу в приоткрытое окно. Но все не может закончиться так. Меня убивает недосказанность.
– Прости, – начинаю я шепотом. Энзо делает вид, что не слышит, но я уверена – он все слышит. – Но так продолжаться не может. Ты ведь мой друг. Мой лучший друг, которого я люблю всей душой, но ты почему-то обращаешься со мной, как…
– Со своей шлюхой, – вместо меня заканчивает Энзо.
Я стискиваю зубы.
Он невыносим и до хрена самоуверен. Он не считает, что был неправ. И меня это выводит из себя.
– Прекрати! – вскрикиваю я. – Вот об этом я и говорю! Хватит, Энзо! Чем я заслужила твое пренебрежение? Ты вечно холоден. Закрыт. Постоянно помыкаешь мной! Но я такой же человек, как и ты! Я заслуживаю уважения!
– Ты еще ничего не сделала, чтобы я тебя уважал, – ровным тоном заявляет он.
– Что?! – вспыхиваю я. – Да как ты смеешь?! – На глаза наворачиваются слезы. Меня трясет от досады. Но я сдерживаюсь, чтобы не разрыдаться, потому что Энзо ненавидит женские слезы.