Подхватываюсь на кровати, ощущая по всему телу холодный пот. Моментально распахиваю глаза, обращая свое внимание на открытое окно. Ночь. Проспала почти весь день. Осматриваюсь. В комнате множество зажжённых свеч, которые заполняют ее плескающимся светом. Прохладно. Ночной ветер пробирается сквозь шторы. Съеживаюсь, понимая, что чертовски замерзла. Выбираюсь из-под покрывала, все же поднимаясь на ноги. Слегка пошатывает. Плевать. Ужасно есть хочется. Но, черт возьми, я даже не знаю, где в этом доме находится кухня. Нужно выбраться из спальни, и попробовать ее найти. В животе предательски урчит. Медленно шагаю в полумраке, немного похрамывая. Нога все еще жутко болит. Вспоминая, как наступила на колючку, морщусь от боли. Но в тот момент я не чувствовала ее. Открываю двери, тихо выходя в коридор. Тусклый свет. Полнейшая тишина. Придерживаясь рукой за стенку, шагаю вперед. В строну большой гостиной. Почему-то интуитивно уверена, что кухня располагается следом за ней. Тихие шаги. Чтобы ни кого не разбудить. А быть может я вообще одна?! Не зацикливаясь на этой мысли, продолжаю двигаться вперед, ощущая все больший голод. Сглатываю скопившуюся слюну. Ускоряя шаг. Спустя несколько мгновений, оказываюсь в нужном месте. На удивление кухня выглядит очень современной. В классическом стиле, который, казалось бы, был не свойственен для Эмира. О нем уж точно не хотелось думать в этот момент. Не включая света, прохожу и осматриваюсь. Замечая большой холодильник. Открываю его. Жадно смотрю на еду, не соображая, что хочется съесть первым. Сыр. Фрукты. Творог. Протягиваю руку, вытаскивая бутылку молока. Мгновенно раскручиваю крышку, и начинаю ненасытно пить. Алчными глотками. Не допивая ставлю ее на стол. Беру тарелку с нарезанным сыром. Несколько кусочков отправляя в рот. Невероятный вкус. Или просто я дико голодная. Ем, не останавливаясь, снова запивая молоком. Закрываю холодильник, замечая посреди круглого стола большое блюдо с нарезанными фруктами. Оставляя тарелку с сыром в покое, и направляюсь к столу. Половина персика. Откусываю, и сок начинает стекать по губам. Блаженство. Ананас. Киви. Папайя. Боже, я хочу попробовать все.
— Черт, какое невероятное зрелище. — Испуганно дергаюсь. Насмешливый голос Эмира в темноте пугает. Прожевываю очередной кусочек ананаса, осторожно глотая. Разворачиваюсь. Кинг стоит в проеме кухни, соблазнительно разглядывая. В одних спортивных черных брюках, которые небрежно удерживаются на бедрах. С голым торсом. Его узоры татуировок таинственно притягивают. Словно одурманенная смотрю на его тело, чувствуя, как жар начинает ползти по крови. Разжигая что-то катастрофическое внутри. Сорваться бы и бежать, но я смиренно стою на одном месте. — Ты даже себе представить не можешь, Альби, как соблазнительно сейчас выглядишь. — Почти шепотом. Отрывается от дверного проема, начиная медленно идти в мою сторону. — Напоминаешь маленькую девочку, которая решила наворовать конфет. — Громкий смешок. Эмир делает несколько шагов, останавливаясь так близко, что я чувствую весь жар его напряженного тела. Рассудок отказывается слушаться. Сердце бешено барабанит, выдавая мои эмоции. — Еще недавно говорила, что ничего не хочешь. А теперь…. — Отворачиваюсь, пытаясь отойти в сторону. Не в силах переносить этой близости. Вообще уйти.
— Ничего не изменилось. — Тихо. Задерживаю дыхание, пытаясь унять сумасшедшее биение встревоженного сердца.
— Все изменилось, Альби, — Эмир хватает меня за руку, разворачивая к себе лицом, — с того момента, когда впервые тебя увидел. Поцеловал. — Поднимает руку, прикасаясь к оголенному плечу. Боже. Расплываться начинаю, полностью теряя контроль над собой. Эмир отодвигает стул. Не успеваю опомниться, как оказываюсь сидящей на его коленях. Вздрагиваю с каждым его жестом или действием. Кинг берет с тарелки большой кусок ананаса, и подносит его к моим губам. Свободной рукой гладит в районе поясницы. Мурашки табуном пробегают по всем участкам моем кожи. — Кусай. — Приказывает, и я моментально подчиняюсь. С жадностью откусываю, чувствуя, как сок начинает бежать по подбородку. Шее. И ниже. Еще кусаю, откровенно наслаждаясь тем, как Эмир меня кормит.
— Перестань. — Нелепая попытка остановить. Осознавая, что эта игра может далеко зайти. И думая, что ненавижу, понимаю, что ошибаюсь. Эмир наклоняется, облизывая своим языком мои губы. Издает зловещий звук, от которого внутри еще больше огонь полыхать начинает. Резко хватает меня, приподнимая. Вынуждает развернуться, и сесть к нему лицом. Обнять. Не выдерживая наклоняется, играючи кусая за подбородок. Подносит персик, и я несдержанно откусываю кусочек, понимая, что не утолила свой голод.
