Вот только тронь хоть кого из близких мне людей, думала я. Натравлю Алёнушку. На тебя и на всех твоих солдат с ружьями, что Алёнушке ваши ружья!
- Я промолчу, - улыбаюсь, тоже смотрю нагло.
- Тогда вернёмся к тому, с чего начали. Как так вышло, что вы маг?
- На краю смерти с человеком случается всякое. Я была магом, потом не была, потом снова была. Вы бывали на краю смерти?
- Случалось, - кивнул он. – А что с вами случилось? Вам не подходит здешний климат?
Мне-то подходит, я, можно сказать, всю жизнь так жила. Ничего особенного, вариант нормы. А Женевьева бы страдала, примерно как Асканио, я так понимаю.
- Я упала в воду. А плавать не умею.
- И что же после?
- Выжила – с господней помощью и благодаря расторопности его высочества.
И ещё благодаря кое-каким местным силам. Чистая правда, если вдруг он меня проверяет.
- И очнулись магом?
- И ощутила себя магом некоторое время спустя.
- Наверное, так тоже бывает, - я отчётливо понимала, что он не верит мне, но не может придумать, за что бы ещё уцепиться и на чём бы меня подловить.
- И вы прибыли сюда в одиночку? – смотрит испытующе.
- Нет, с камеристкой Мари. Мы вместе с детства, с детства нас обеих. Она выросла в доме моего отца, отправилась вместе со мной, когда я вышла замуж, сама вышла замуж в моём доме, а когда оказалось, что я более не придворная дама, но узница, а потом приговорённая к ссылке неугодная особа, она осталась со мной. Её муж давно покинул наш мир, а дочери замужем. Она рискнула отправиться со мной на край света, и я ей за это благодарна. И забочусь о ей нуждах – как могу, как это вообще здесь возможно.
- А кто такая госпожа Трезон? – поинтересовался он, как ни в чём не бывало.
Ну вот ещё, вспомнил. Точнее, послушал кого-то.
- Эту особу приставил ко мне кардинал Фету. Увы, она нашла здесь свой конец.
- И что случилось с особой?
- Её увела тёмная тварь.
Он нахмурился.
- Что ещё за тёмная тварь?
- Вам не насплетничали ещё? У нас тут осенью, до снега ещё, было невероятное приключение. Спросите отца Вольдемара и господина Ильина – они оба маги, и оба принимали самое живое участие в борьбе с супостатом.
- И кто же тот супостат?
- Да сосед мой покойный, Валерьян, в домике которого вы живёте.
- Почему-то никто не видел, как он умер. И тела тоже не видел никто, - сощурился и смотрит пристально.
Я прямо ощутила давление… набрала в грудь побольше воздуха и скинула его с себя. Как наброшенный на плечи тулуп. Тяжело, но реально.
- Вот поэтому я и говорю – спросите Ильина. Он участвовал и в процессе поимки, и в финальной битве. А отец Вольдемар участвовал в битве с его жертвами, которые оказались законсервированы в здешнем подвале. К слову, я не видела смерти Валерьяна, я как раз пыталась не дать госпоже Трезон увести его жену и дочь. Его победили мужчины. Господин генерал, господин маг, господин полковник, господин некромант. И Ильин. Утром осталась кучка пепла, а все его жертвы лежали в виде хладных тел. Их похоронили, как подобает, а кучку пепла развеяли над водой, господин маг сказал, что так надо. Он учёный, знает много. Расспросите. А не верите – дело ваше.
- И что же жена и дочь? Остались живы?
- С господней помощью, вестимо, - кивнула я. – Живы и благополучны… насколько в этих краях вообще можно быть благополучным.
- И вы взяли их под свою руку, так? Они ведь не подданные вашего короля?
- Ну и что? Здесь до любого государя достаточно далеко, благодати не дождёшься. Поэтому что можем – делаем сами. Если вы ещё не поняли, что тут иначе никак – увы вам.
- А ещё, я слышал, у вас тут винокурня.
- И что же?
- А то, что нет у вас на такое дело позволения. Это государево право – винокурением заниматься и доход с того иметь.
- Понимаете, всё происходит в недрах этого дома. А это не ваша территория.
Будет зарываться – Северин позовёт сверху подмогу, он где-то тут, с Меланьей болтает, наверное.
Вздыхает, сверлит меня взглядом – смотрит, думает, к чему бы ещё привязаться. Думай, думай.
Крик – громкий, отчаянный, захлебнувшийся – доносится с кухни, подбрасывает меня, я быстро киваю дежурному капитану Плюи – мол, смотри мне тут, чтоб был порядок, и лечу в кухню – потому что там что-то случилось.
Случилось. Один из тех солдат с ружьями, кто прибыл с ревизором, держит за волосы нашу Настёну, а второй приставил нож к горлу Дарёны.
- Немедленно прекратите, так вас и растак, а ну вон пошли и дорогу сюда забыли! – начала я.
- Стойте, маркиза, - холодный голос раздаётся из-за моей спины, оказывается, Астафьев шёл за мной. – Не дурите, и ваши люди останутся живы. Выполните всё, что скажем – и мы их отпустим.
- И что же вам от меня нужно? – поинтересовалась я как можно спокойнее.
- Вы сейчас позовёте сюда здешнюю лекарку. Она послушает вас и придёт.
- Зачем это она вам? – ну вот ещё не хватало, Дуню звать!
Дуне было велено сидеть у себя и носа в деревню не показывать. Но конечно же, о ней разболтали, и сейчас уже не важно, кто. Кто-то бестолковый.
- Не ваше дело, маркиза. Она – не подданная вашего короля, вы не можете её от меня укрыть. А побеседовать с ней необходимо.
