Ну да, ну да, дала человеку по голове со всего размаха.
- Другого не будет.
- И… как вас зовут на самом деле? – почему-то складывалось ощущение, что он не только по башке получил, но ещё и стряхнул с себя какую-то немалую тяжесть.
- Евгения Белохвост. Женя.
- Женя? – произнёс он неуверенно, как-то так произнёс, что мне прямо захотелось глаза открыть и посмотреть. – Эжени.
Открыла, упёрлась в его взгляд… и дальше как-то так вышло без перехода, что мы целовались примерно как вчера на кухне. А потом оторвались друг от друга, улыбнулись…
Он высвободил одну руку, стащил с неё перчатку и коснулся кончиком пальца моей щеки.
- Отморозите, - усмехнулась я. – Это лучше в тепле.
- У вас… тепло, да. Я не умею сделать, чтобы так же тепло, только вы. Вы волшебница.
- Я внезапно маг-недоучка. Но про дома и их отопление кое-что знаю. Это обычно решается безо всякой магии.
- Асканио однажды рассказывал о том, как его предок много лет назад искал великое сокровище, и удержать его в руках мог только человек из-за границ мира. И тот предок нашел такого человека, это оказалась женщина – обычная, даже долго не знали, что она маг, какая-то несуразная, хоть и очень красивая. Она нашла им сокровище и стала супругой великого человека, друга Асканиева предка. И… это не легенда, как я понимаю. То есть – такие случаи редки, но бывают. И я думаю, что тот, кто встретится с таким вот человеком из-за края мира – счастливец. Мы все тут счастливцы – благодаря вам, моя прекрасная Эжени. И если бы я мог и вам дать немного счастья, то это было бы хорошо и правильно.
- Кажется, я уже сама взяла, - проворчала, усмехнулась и снова прикрыла глаза. – Знаете, сегодня в целом не холодно, но может быть, мы продолжим разговор в тепле? Вроде бы главное сказано, тут если кто и услышал, то очень специфичный и непростой, а внизу и вверху мы о том больше говорить не будем.
- Только о нас самих? – тоже усмехается.
- О нас самих можно, - кивнула я. – Пойдёмте, что ли. Или вас ждут в крепости?
- Легко ли командующему крепостью бегать на свидания тайком? – усмехнулся он. – Легко, если знать надёжные способы. Или иметь надёжных людей. Пойдёмте, я провожу вас. И приду к вам вечером, как будет смеркаться.
- Буду ждать.
- У вас снова приёмный день?
- А кто ж его знает? У меня вроде местного клуба. Оказывается, им тут было нужно место, куда приходить и проводить время с пользой и удовольствием. Ничего, справимся.
- Вы правы. Справимся.
Это ощущение – про справимся – не покидало меня всю дорогу вниз с горы и до дома. Было страшновато, что и говорить. Но вдруг и с таким делом тоже справимся?
___________
Иллюстрации и романсы - в группе вк :) Заглядывайте :)
Когда Анри вернулся в крепость, душа его пела. Он ничего не сказал Северину, только сначала попросил проводить его почти до самой деревни, и уже на местности сориентировался и нашёл ту самую голову, то есть Башку. А потом, после наиважнейшего разговора – просто попросил забрать его в крепость обратно. И никак не ответил на недоумённый взгляд оруженосца – ну подумаешь, решил по лесу погулять, оттеплило же.
В крепости нужно было оценить происходящее и понять, нужны ли дополнительные распоряжения, если он в сумерках уйдёт… и придёт очень не сразу. Ночью? Завтра?
Всё то, что он узнал о… Чёрт, как её звать-то теперь?
Новые сведения меняли всё. И было чертовски жаль, что не вышло прямо сразу же пойти с ней дальше. Не отпускать, не выпускать. Держать. Заново знакомиться.
Превращение маркизы дю Трамбле в совершенно другую женщину оказалось господним чудом, не меньше. Потому что желать маркизу… После всего, что было у неё с Луи, после того, что он сам о ней думал и говорил. После всего, да. Думать, что только Луи она показывала своё настоящее лицо, потому он и потерял от неё голову. Думать, что она теперь намеренно завлекает его, Анри – потому что к чему иначе эти долгие взгляды? И любовные песни, и те объятия в ночь Перелома года, которые она почему-то назвала танцем? Уж конечно, можно подумать, это был танец! Хотя… может, и танец, потому что он ведь ничегошеньки не знает о том, откуда она взялась на его голову.
Но неплохо взялась. Вот прямо руками – сначала сделала тёплый дом себе, а потом и до крепости дотянулась. Теперь и у него тёплая спальня, и у Жака, и у Асканио. Маг-недоучка, как же. Она почему-то не умеет простейших вещей из области магии, но умеет другое. Её руки не мягкие, какие были у маркизы, но зато она этими руками не даёт умереть ближним своим, ни от голода, ни от холода.
А как поёт-то, господи! Если б маркиза так пела, там бы живых не осталось, не только братец Луи пал бы жертвой её невероятного обаяния. У неё просто не было бы врагов, ни одного. У неё и так ели с рук, а если бы на её месте оказалась эта невероятная женщина – так и вовсе.
