Семейный союз без изъянов? К этому стремится каждый, но при этом каждый далек от идеала, далек от представляемого эталона. И все же среди невзгод, пороков и упреков одной семье в полной мере посчастливилось прочувствовать все прелести семейного счастья…
Взгляд сквозь решетку был устремлен в чистое небо, а зажженная во второй или даже в третий раз сигарета наполняла её легкие дымом, смешивая никотин с кровью и расслабляя на жалкие секунды. Она выдохнула, озирая камеру: недалеко сидела такая же мрачная, как и она сама, женщина. Обе молчали. Затем Эмили протянула остаток сигареты сокамернице и снова посмотрела на небо. Мысли уходили куда-то в безжизненное пространство, оставляя след единственному и незаменимому принципу жизни: «В реальном мире зло побеждает куда чаще, нежели в сказках».
Влюбленная пара, проживающая в городе Гранд-Рапидс штата Мичиган в полной мере испытала на себе чувство зависти окружающих и вместе с этим хорошо осознавала, что это одно из прекраснейших чувств… но лишь тогда, когда ты сам причина подобных эмоций. Обычное семейное счастье двух молодых людей служило настоящим поводом для завистливых мыслей соседей.
Спортивный широкоплечий парень тридцати пяти лет, с голубыми глазами, твердым, уверенным взглядом и ростом в сто девяносто сантиметров выделялся среди толстых, сутулых, плохо пахнущих коллег из крупного бизнес-центра. Привлекая похотливые взгляды окружающих дам любого возраста, он оставлял их не у дел, оставаясь верным созерцанию любимой жены. Служба в армии клерков, работающих с бумагой и компьютером каждый будний день, не вызывала у него чувства тошноты, в отличие от многих коллег. Иногда приходилось оставаться на дополнительные часы, дабы ублажить потребности руководства. На что многие сетовали в бесконечных прениях, выпавших на минуты перерыва, продолжая развивать тему незаконного давления на рядовой персонал. Но в итоге всё равно все продолжали работать, ограничиваясь колебаниями воздуха во время жарких дебатов по трудовому праву. В отличие от мнения большинства, позиция Райана Гордона зачастую не совпадала с коллективом, но при этом он умудрялся оставаться привлекательным собеседником для знакомых и друзей, коими обзавёлся со дня переезда в этот уютный город. За спиной его обсуждали, оценивали, перемывали кости, но все сходились во мнении, что Райан – вполне нормальный человек, с которым можно весело провести время. Спустя полгода после трудоустройства, на зависть остальным сотрудникам, проработавшим далеко ни один год, ему уже пророчили повышение, а руководство было в восторге от трудолюбия и исполнительности нового работника. Предчувствуя карьерный рост энергичного Райана, некоторые из коллег решили втереться в доверие возможно будущего начальника.
В один из таких дней, посреди обеда, к нему подсели двое знакомых. К этому моменту Райан сидел с закадычным другом Лео и обсуждал планы на выходные. Один из подсевших встрял в разговор:
– Вот скажи, Райан, как такой крутой мужик, как ты, до сих пор остается на дне с такими, как мы?
– Ты называешь свою жизнь дном? – уточнил Гордон.
– Нет, я называю дном свою работу. Так почему ты до сих пор среди нас, а не где-то там на Олимпе среди богов-руководителей?
Лео, друг Райана, самый позитивный человек из ныне живущих, а его манера разговора и тем более громкий, безудержный смех, свойственный исключительно афроамериканцам, всегда выдавал в нем открытого, веселого парня. Он часто упоминал о своих корнях и очень гордился дальним родством с президентом какой-то африканской страны, что всегда подчёркивал на дружеских посиделках, в которых, между прочим, было подавляющее число белых.
Сидя напротив Гордона, он улыбался так, словно сам задавал подобный вопрос и уже заранее знал ответ. Райан не спешил отвечать, и тогда друг не выдержал и с сарказмом заявил:
– Райан, я надеюсь, ты ведешь счет подобных опросов? А то я уже сбился.
– Ничего страшного. Я повторю, – сказал он с улыбкой и продолжил: – Помню, ты первым спросил что-то подобное.
– Да-да, с тех пор я твой извечный свидетель однотипных тем…
Двое других недовольно смотрели, как Райан и Лео иронизируют их обращение. Гордон все же перевел внимание на задавшего вопрос и, сменив выражение лица на серьезное, ответил:
– Как бы высоко ты не поднимался, всегда хочется выше и выше, и это выше никогда не закончится, пока ты жив… Понимаешь, о чем я, Фил?
– Не совсем…
– Ты всё время пытаешься расти, и не замечаешь, как жизнь утекает сквозь пальцы. Поэтому мой совет: не рви жопу ради карьеры. О’кей?
– Нихрена не о’кей, друг, ты сам из кожи вон лезешь, чтобы выделиться, а другим, значит, советуешь не напрягаться?
– Райан, скажи ему, не мучай бедолагу, – вновь обратился Лео.
