- Катя, хочешь эскимо? Мы тебе хоть десять штук купим, - и вытащил деньги из кармана.
Рэмка тоже вытащил деньги.
- Хочешь, правда купим?
- Откуда у вас столько денег? - спросила Катя.
- Лотерея... - Валерка помахал деньгами около носа, как веером, и опять похвастал: - У нас денег сколько хочешь, хоть сто рублей...
Катя встала, поймала его за руку.
- Мальчики, не нужно эскимо покупать. Давайте лучше купим настольный теннис для всего двора, а то вы всё по крышам лазаете.
Валерка и Рэмка переглянулись.
"Молодец", - подумал Рэмка.
Всю дорогу до магазина спорттоваров Рэмка шёл позади. Он смотрел себе под ноги, а когда поднимал глаза, то невольно замечал женщин в красных платьях и считал про себя.
Кроме настольного тенниса, ребята купили две маленькие трёхсотграммовые гантели - Кате в подарок.
- Это тебе, - сказали они, - будешь мускулы развивать. А завтра приходи во двор, мы тебя в настольный теннис научим.
* * *
Выходной день называется воскресеньем. Очень красивое слово, хоть и не совсем понятное. Наверное, он называется так потому, что неделя кончилась, всё плохое ушло и начинается новое, весёлое.
В душе у Кати словно раскручивалась пружина, которая сбросила одеяло, толкнула её с постели и поставила на пол. Кате хотелось перевернуться через голову, но она не умела. Поэтому Катя вскинула вверх руки и ногу. Она бы вскинула и другую ногу, но на чём же тогда стоять.
Она встряхнула простыни, застелила кровать, а сама думала: "По-моему, оба они хорошие. Оба красивые. Рэм очень честный, потому что больше молчит и глаза у него суровые. Он, наверное, будет учёным-атомщиком. Валерка тоже... У него глаза блестят, и говорить он мастер. Он, наверное, будет поэтом. Оба они сильные и ловкие. И не такие уж невоспитанные".
Катя достала из-под кровати гантели, стукнула их одна о другую и принялась упражняться, как учили её вчера мальчишки. Руки вверх. Руки к плечам. Руки в стороны. Приседание - руки перед собой.
Катин отец, когда приезжал из Североморска, тоже упражнялся по утрам с гантелями. Только его гантели очень тяжёлые. Когда отец уезжает, мама вытаскивает их в коридор по одной штуке и всегда ворчит:
- Дай ему волю, он всю квартиру железом загадит.
Папа по утрам всегда напевал песенку:
Пума рума ра,
Пума рума ра.
Оп-ля!
Катя размахивала своими лёгкими гантелями и пела, как отец:
Пума рума ра...
В комнату вошла мама.
- Иди завтракать, - сказала она. Увидела у дочки гантели в руках и нахмурилась. - Это ещё что?
- Мускулы развивать, - ответила Катя. - Это мне Валерик и Рэм подарили.
Брови у мамы приподнялись, глаза стали круглыми.
- Это которые у тебя бант отняли? С хулиганами дружбу завела.
- Они не хулиганы совсем. Они добрые. Они меня вчера конфетами угощали. И теннис купили для всего двора.
Мамины брови поднялись ещё выше. Она отняла у Кати гантели, хотела бросить их и, не найдя куда, положила в карман передника.
- Конфетами угощали! Скажите пожалуйста, какие отношения! Ты что себе думаешь?.. Рано тебе этим заниматься!
- Чем "этим"? - спросила Катя шёпотом и села на краешек постели. - Я ничем не занималась... Мы качались на качелях.
- Конфеты, качели, гантели, теннис - это уже слишком!
Мама села на кровать возле Кати.
- Это же улица... Где они деньги взяли? Ты подумала, откуда у них деньги?
- Не знаю... Они, кажется, в лотерею выиграли!
- Вот-вот, - почему-то обрадовалась мама. - Они украли облигацию "золотого" займа. Превосходная компания!
Катя съёжилась и притихла. Мама говорила во весь голос:
- Нужно вовремя пресечь, пока они не скатились совсем. Это твой долг! Они ещё могут стать честными...
Мама сняла фартук, больно ударив себя гантелями по колену.
- Одевайся! - крикнула она. - Сейчас же идём.
- Куда?
Катя шла за мамой по лестнице. Она считала ступеньки и бормотала про себя:
- Не может быть... Неправда...
У Валеркиной двери Катя заплакала:
- Я не пойду... Это неправда...
Мама схватила её за руку и силой втащила в Валеркину квартиру.
* * *
"Пинг-понг. Пинг-понг", - звенит целлулоидный мячик. Он скачет по столу с самого утра. Мячик можно колотить сколько хочешь, ему не больно. Но и у мячика есть запас прочности: грубый, неверный удар - и на мячике трещина.
Выходят во двор ребята - и прямо к столу.
- Кто последний? Я за вами.
Играют на вылет.
- Подходи! - кричат Валерка и Рэмка. - Теннис для всех. На всё общество!
Валерка и Рэмка поглядывают на Катино окно - очень уж долго она сегодня.
Из парадной вышел Валеркин отец.
- Вот что, голубчики, пойдёмте. - Он ухватил приятелей покрепче за воротники.
Когда отцы говорят такое, значит, ничего хорошего впереди не ждёт. Игра остановилась. Кто-то начал отвязывать сетку. Кто-то сложил в коробочку мячи и ракетки.
- Всё равно играйте, - сказал Рэмка.
- Теннис для всех, - добавил Валерка.
Они дёргались в отцовских руках, бормоча:
- А что мы такое сделали?..
Валеркин отец держал их крепко. Он провёл друзей мимо дворничихи. Дворничиха нахмурилась и сочувственно покачала головой. Он провёл их мимо управхоза. Управхоз почесал затылок. Ребята у теннисного стола дружно молчали. Малыши в песочнице отложили на время совки и формочки.
