— А чего Зинка такого хорошего сделала?.. — хмуро спросила старуха, понявшая, что скандал ничего не даст. — За что ее омолодили? Она и со мной всегда переругивалась, не терпела. Чем она лучше меня⁈
Джессика Робертовна некоторое время брезгливо смотрела на нее, затем укоризненно покачала головой. Снова зажегся голоэкран, только на нем потекли кадры жизни учительницы русского языка и литературы Зинаиды Петровны Башицкой. Как она, еще девушкой, не жалея себя ухаживала за двумя парализоваными соседками, урывая время от сна и учебы. Как принимала близко к сердцу проблемы учеников, помогая им всем, чем могла, и совершенно не думая о себе, из-за чего не раз наживала неприятности. Как умирала у нее на руках от рака единственная дочь, как не выдержал этого и свалился с инфарктом муж, и бедную женщину ждали парные похороны. Оставшись одна, Зинаида Петровна не изменилась, она продолжала отдавать все свои силы чужим проблемам. И ученики любили ее, не забывали старую учительницу, в годы капитализма жившую в нищете, как и все, наверное, пенсионеры страны. На праздники ей приходили сотни поздравительных открыток.
— А кто помнит вас, Александра Ивановна? — насмешливо спросила инспектор. — Кто вам благодарен? Кто вам пришлет хоть одну открытку? Нет таких. Вы всем вокруг доставляли только неприятности. И оказались в итоге никому не нужны. Вас даже сын родной знать не желает, мы запрашивали у него мнение по вашему поводу после обращения за омоложением. Он написал — ни в коем случае, она никому жизни не даст, всех, до кого дотянется, со свету сживет, как отца сжила. А сын ваш нынче — капитан космического корабля, чтобы вы знали. И уже почти заслужил продление жизни. Но вам об этом, как и обо всем другом, не сообщал. Не заслужили!
— Не заслужила… — помертвевшими губами повторила Мирониха, упоминание о сыне очень больно ударило ее, даже он мать знать не хочет, это было нестерпимо больно и обидно настолько, что горький ком обжег горло. — Не заслужила…
— Да, не заслужили! — добила ее инспектор. — Повторяю: вы дрянь и сволочь, не имеющая в душе ни доброты, ни совести! Идите себе, доживайте вашу бессмысленную жизнь. Вы никому не нужны! Вас просто терпят. С брезгливостью терпят.
Старуха молча поднялась и вышла из кабинета, говорить действительно было больше не о чем. Выбравшись из здания канцелярии наружу, она села на первую попавшуюся лавочку и уставилась в никуда. Неужели она действительно такая сволочь? Чуть ли не впервые в жизни Мирониха принялась осмысливать собственные поступки, и вскоре с ужасом поняла, что имперка права — она не просто сволочь, она конченая сволочь. Но ведь боролась за справедливость!
«Не ври самой себе, Сашка, — назвала она себя так, как ее не звали с далекой юности. — Тебе просто нравится унижать людей… Вспомни, как плакала девочка над повешенной тобой кошкой… Что она плохого тебе сделала? Ничего! Так зачем все это было? Зачем Мишку травила так? Ради чего?.. Чего ты добивалась?.. Поздравляю, добилась…»
Вечером люди обратили внимание на неподвижно сидящую на лавочке старуху. Позвали, но она не откликнулась, и вскоре стало ясно, что она мертва. Похоронили Мирониху за государственный счет, никто не забрал ее тело из морга, некому было забирать. Возможно, сын забрал бы, если бы узнал о смерти матери, но его корабль находился за двести световых лет от Земли. Все соседи скандальной старухи перекрестились от облечения, что больше никто не станет портить им нервы. Никто не помянул Мирониху добрым словом.
Не заслужила!
Странности последнего времени не давали Игорю покоя, происходило что-то непонятное, но он никак не мог понять что именно. Экзамен на выживание, слава Богу, группе разрешили досдать, не пришлось проходить его заново, поскольку сошла она с маршрута не по своей вине, и уже через день вернули будущую большую семью на маршрут. Больше никаких особых происшествий после обнаружения артефакта неизвестной цивилизации не было, и Игорь с девушками благополучно добрались до точки финиша.
После возвращения в интернат настал ад подготовки к экзаменам, а их было ни много, ни мало, а целых двадцать четыре. Причем каждый принимала особая комиссия, собранная из лучших специалистов с разных планет. Старшие воспитанники бегали, вывалив языки на плечи, но никто не сдавался. И оценок ниже четверки ни у кого не было! Игорь, как и большинство девчат его группы, сдал все на отлично, и заслуженно гордился этим.
