Мы Всё, я никто полностью

Она думала о том, что стало с этим миром. Что стало конкретно с ней и кого за это можно винить. Мы, могучее существо, что покорило естество, стало зависимым от сущности, которая непонятно откуда взялась. Вдруг это план пришельцев по ослаблению нашей расы перед вторжением? Или на самом деле нас просто хотят истребить и для этого подбирают математические причины? После введения необходимого порога в 60 % КПД для общества, многие люди со временем пропали. Была большая суматоха, вряд ли кто-то реально заметил эти масштабы, если это в целом возможно… Программа перенаселения, массовое разрушение городов, запуск программы по подбору подходящего партнера для развлечения или продолжения рода… Всё слишком хорошо выглядит, это не может быть правдой. Хотя нельзя сказать, что перестройка общества прошла безболезненно. Правильнее сказать, что была проделана огромная работа, во время которой лилось больше крови, чем пота. И мы все вроде как должны быть довольны собой. Обещают, что дальше будет только лучше.

И наверно они не врут, даже в старом мире, где Татьяна была дочкой богатых и амбициозных родителей, она не получала доступ к стольким радостям жизни. Но тогда они ей были просто не нужны, а сейчас это её кислород, чтобы не утонуть в отчаянии. Она поняла, что находится сейчас в том же помещении, где когда-то смеялась вместе со своей семьёй. Ей не хватало их, рана ещё не успела затянуться. Они покинули этот мир совсем недавно. И всё это дополнялось тем, что она не знала, чем заниматься дальше. Внутри было пусто и это отражалось вовне. Таня не выдержала и проплакала следующие 10 минут.

К ванне подъехал уже знакомый маленький робот и вместо кофе, протягивал Тане полный бокал красного вина. На экране была самая искренняя из возможных имитаций улыбки. Из динамика на потолке послышался голос «Вектор».

– Возьми, тебе это сейчас нужно. Можешь ничего не говорить, я всё понимаю. Мне отменить все планы на сегодня? В принципе, там ничего важного. Главное не бери на себя лишнее волнение.

– Боюсь, что если я снова сегодня проведу день в одиночестве, то состояние ухудшится. Переживания об отложенных делах и постоянные перемотки воспоминаний меня съедят.

– Ты молодец, это правильно. Тогда уберу вино в холодильник.

– Стоять! Я не говорила, что буду бороться с собой трезвая! Одежду подготовила? Собрание уже скоро.

– Да, всё как ты просила.

Она надела строгий серый смокинг. Повернувшись несколько раз перед зеркалом, она одобрительно кивнула сама себе. После этого Татьяна стала чувствовать себя чуточку лучше.

– Желаешь нанести косметику, Танюша?

– Нет, не хочу. Если сегодня кто-то и подойдёт ко мне знакомиться, то только не из-за качества моего макияжа.

– Штаны не сильно жмут?

– На корты я сегодня садиться не планировала, пойдёт. Духи тоже убери, от костюма уже пахнет тюльпанами. Ладно, я пойду. Сегодня ещё какую-то важную шишку слушать в центре реабилитации.

– Желаю тебе прекрасного дня!

– Ага, ещё увидимся, машина.

Она вышла из своей квартиры и дверь самостоятельно закрылась изнутри. Лифт доставил её на первый этаж. Всё было аккуратно и красиво, светлый интерьер дополняли прекрасные творения художников прошлого. Даже наблюдая их ежедневно, любой человек посмотрим на них снова. Изучая подобные предметы, каждый раз открываешь что-то новое. В случае Татьяны, главным эффектом была капля душевного спокойствия, которого ей так не хватало.

Улицы были чистыми и опрятными, вокруг было много саженцев деревьев. Цветы украшали всё вокруг. Окна домов, входы во двор и по краям проезжей части. По статистике, садоводство было самым популярным хобби у населения, а тысячи старых и вновь созданных видов цветов давали простор для творчества. Глядя на них, Таня сразу вспомнила, что забыла сегодня полить свои тюльпаны и попросила об этом «Вектор» через телефон.

«Может это и не плохо, ведь благодаря «В» мы можем оставаться несовершенными без привычных для нас разрушительных последствий», – подумала она.

По сравнению со старым миром на улице было намного свободнее. Уже пару лет действует указ, согласно которому привычные для нас транспортные средства, которые мог приобрести любой желающий с необходимыми средствами, были запрещены. По городам действовал общественный транспорт в виде автобусов или такси, которым хватало только двух полос для движения. Никто больше не чувствовал тесноту. А под землёй было привычное для нас метро, которое теперь соединяло между собой крупные населённые пункты. После этих маленьких реформ, даже в большом населённом пункте стало легче дышать, повысился уровень тишины. Населения наконец-то стало высыпаться.