[Я] четвертый месяц продолжаю голодовку, требуя прекращения издевательств-пыток над политическими заключенными в СССР и их освобождения.
В данное время ВТЭКом я полностью освобожден от работы и признан нетрудоспособным. Это дает мне право пользоваться тюремным ларьком на деньги, которые мне пришлют из дому. Но администрация тюрьмы не позволяет мне ни в каком виде сообщить жене мою [просьбу] о присылке мне денег. Тем самым мне навязывается скотский [быт] в камере-одиночке: быть физически в беспомощном состоянии из-за длительной уже голодовки и быть лишенным возможности иметь при себе (покупать в ларьке) предметы первой необходимости ([
[Это ли] не откровенное и демонстративное издевательство государства над политзаключенным? Или у прокурора будет другое определение такого обращения советских властей с политзаключенным, например [образцом] социалистической законности или социалистическим [гума]низмом? И что тут вы скажете о правах человека в СССР?
Кроме этой просьбы к жене о присылке мне денег у меня есть и другие просьбы, с которыми администрация тюрьмы тоже не разрешает мне обратиться.
Короче говоря, вот мои просьбы домой, с которыми я уже трижды [пытался] обратиться к жене:
[и] заполучите медицинские справки-выписки из истории болезни из облбольницы Иркутска и райполиклиники Чуны с диагнозом невропатологов о болезни моих рук и такую же справку из больницы № 36 Москвы (операция радикальная на левом ухе после перенесенного гнойного менингита). Снимите со всех 3-х копии и, заверив у нотариуса, вышлите по одной сюда на начальника медчасти;
[при]шлите телеграфом 30 р. денег (теперь из-за блокады переписки буду на всякий случай просить уже 100 р.); бандеролью шлите только конфеты; шлите новые батарейки к слуховому аппарату; свидания, очередного в декабре я лишен за невыполнение нормы выработки, так что не вздумайте приезжать зря;
3 ноября конфисковали от тебя, Лар, письмо и от Злобиной и ю ноября одно твое письмо и все три из-за условностей в тексте;
получил от вас телеграмму от 22 окт. и открытку от Флоры Павловны от 22 окт., письмо № 21 и 23 получил тоже. Все.
Гражданин прокурор! Какие из этих моих просьб-сообщений [к] жене могут быть признаны запретными в нормальном государстве, даже если они и исходят от государственного преступника?
Повторяю, что я трижды обращался с этими записками к жене, [но три раза] у меня их конфисковывали из-за «условностей» в тексте.
Когда же я предложил цензору самому изложить мои просьбы в любом [виде] с последующей моей перепиской своей рукой для отправки, то [получил отказ] и от такого даже варианта. Поэтому и обращаюсь к Вам: сообщите моей жене эти просьбы. Сделать это можно любым способом: письменно (домашний адрес: 117261, Ленинский проспект, д. 85, кв. 3, Москва, Богораз Ларисе Иосифовне); устно, вызвав жену по повестке; по телефону (домашний телефон 134-68-98).
Меня устроит любой вариант. Или образумьте формально подконтрольные Вам ведомства МВД и КГБ. Или дайте мне «мудрый» совет, как мне пользоваться законным правом на переписку с семьей!
19.11.86 политзакл. Марченко
ПРОКУРАТУРА СССР
НИЖНЕКАМСКАЯ
ПРОКУРАТУРА
ПО НАДЗОРУ
ЗА СОБЛЮДЕНИЕМ
ЗАКОНОВ
в ИТУ Тат. АССР
Пол. 9.12.86 г.
Начальнику учреждения УЭ-148/ст. 4
майору внутренней службы
АХМАДЕЕВУ М.Н.
«5» XII 1986 г. г. Чистополь
№ 1167
ДЛЯ ОБЪЯВЛЕНИЯ ОС. МАРЧЕНКО А.Т.
Направляя Вам заявление ос. Марченко А.Т. о неотправлении его писем родным, предлагаю лично разобраться в изложенном и принять безотлагательные меры по направлению сообщения родственникам о высылке денег.
Ознакомьте с этим письмом ос. Марченко под роспись.
Приложение: заявление на 2-х листах.
Прокурор,
советник юстиции Г.С. Акташев
Исх. № 1092с
9.12.86 г.
Секретно экз. № 4
НАЧАЛЬНИКУ ОТДЕЛА ПРОКУРАТУРЫ ТАССР ПО НАДЗОРУ ЗА СОБЛЮДЕНИЕМ ЗАКОНОВ В ИТУ ТАССР
ст. советнику юстиции товарищу ГАЛИМОВУ Н[?].М. г. Казань
КОПИЯ: ПРОКУРОРУ НИЖНЕКАМСКОЙ ПРОКУРАТУРЫ ПО НАДЗОРУ ЗА СОБЛЮДЕНИЕМ ЗАКОНОВ В ИТУ ТАССР
советнику юстиции тов. АКТАШЕВУ Г.С. г. Нижнекамск
НАЧАЛЬНИКУ УИТУ МВД ТАССР
полковнику внутренней службы товарищу ВЯРИ П.И. г. Казань
СПЕЦСООБЩЕНИЕ О СМЕРТИ
Сообщаю Вам о том, что 8 декабря 1986 г. в 23 часа 50 мин. в больнице медсанчасти Чистопольского часового завода г. Чистополя скончался осужденный МАРЧЕНКО Анатолий Тихонович, 1938 года рождения.
Осужден 4 сентября 1981 г. Владимирским облсудом по ст. 70 ч. 2 УК РСФСР на 10 лет л/св в ИТК строгого режима с последующей ссылкой на 5 лет.
В учреждении УЭ-148/ст-4 содержался с 25.10.85 г.
Начальник тюрьмы № 4 УИТУ МВД ТАССР майор внутренней службы М.Н. Ахмадеев
АКТ О ПОГРЕБЕНИИ
«11» декабря 1986 г.
г. Чистополь
