СОДЕРЖАНИЕ
Мальчики делаются невероятно капризными после того, как им исполнится сорок лет.
- Убили! - истошно заорали со второго этажа. - Катастрофа! Боже! Это невозможно пережить!
Я открыла хлебницу и увидела подсохший батон. Нет причин сегодня беспокоиться, Вадим опять учит новую роль. А вот позавчера, когда он влетел в гостиную со словами: «Труп у окна не шевелится, он мертвый», я оторопела, потом бросилась в холл, добежала до лестницы, пришла в себя, повернулась к Вадиму и спросила:
- Где тело?
Вадик, шедший за мной, закатил глаза, схватился за сердце и прошептал:
- В оранжерее, между кадками с бонсаями.
Я бросилась вверх по лестнице, но на площадке между первым и вторым этажом у меня неожиданно заработали мозги. Я остановилась, перегнулась через перила и сказала Вадику, который стоял внизу у комода:
- Эй, ты ничего не перепутал? Когдато в нашем доме был оборудован зимний сад, но кошка Клеопатра повадилась писать в кадки с пальмами. Поэтому его превратили в обычную комнату. И кого могли убить в Ложкине? В особняке сейчас живем ты, я, Елизавета и Лика. Правда, я бы с удовольствием придушила последнюю, но, боюсь, мне не справиться со стокилограммовой девушкой. Потомуто она по сию пору живехонька. И ни одного бонсая в доме нет, их тут и не было никогда. Так где мертвец?
Вадим небрежно махнул рукой.
- Расслабься. Я учу роль для нового сериала, проверяю интонацию. Ну и как?
- Потрясающе, - вздохнула я и отправилась назад, к недопитому чаю.
- Не обманываешь? - с подозрением спросил Вадим. - Творческому человеку надо знать правду!
- Великолепно! - с жаром воскликнула я.
За время общения с Полкановым я успела понять: вот правдуто ему ни под каким соусом сообщать не стоит, он ее слышать не желает. Когда Вадюша, заламывая руки, с придыханием просит:
- Дорогие, умоляю, скажите свое мнение о моем творчестве, - это означает лишь одно: господин Полканов хочет услышать оду его редкостной гениальности. Будьте осторожны, если станете петь ему осанну. На заре нашего знакомства я решила польстить Вадиму и сказала:
- Ты изумительно сыграл в сериале «Из ниоткуда в никуда»! Переплюнул Михаила Безногова, он на твоем фоне померк.
Вадим опустил уголки рта, выпучил глаза и протянул:
- Я переплюнул Безногова? Ты нас сравниваешь? Ангела со свиньей? У Мишки тесть олигарх, он ему роли покупает! У него ни микрона таланта! Поставить нас рядом - это оскорбление в мой адрес, меня обожают миллиарды зрителей.
Я поняла, что совершила оплошность, и попыталась ее исправить:
- Разве я сказала Безногов? Тебе послышалось. Я имела в виду Бреда Питта.
- Этот бездарь? - подпрыгнул собеседник.
Следующие полчаса он произносил спич на тему: «Кто на свете всех умнее, всех румяней и белее?» Угадайте правильный ответ! Ну, конечно же, светлоликий Вадим Полканов.
И теперь я, наученная горьким опытом, нахваливаю красавчика, не пытаясь сравнивать его ни с кем, и уже не вздрагиваю, когда он вопит: «Ужас! Все сюда, я истекаю кровью, мне отрезали голову!»
До меня долетел характерный аромат горелого, и я услышала тихий шепоток:
- Черт! Опять сбежал!
Я повернулась к плите, увидела домработницу Лику, которая с самым несчастным видом обозревала эмалированный ковшик, покрытый темнокоричневыми пятнами, и спросила:
- Что ты делаешь?
- Кофе варю, - плаксиво протянула она. - Вадим Сергеевич попросили! Я так старалась! Заварочки от души положила, сахарку добавила, ложкой разболтала, огонек малюпусенький сделала, чтоб хорошо распарился, отвернулась на секундочку, а оно! Дрянь! Сбежало! Почему бы вам специальную египтянку не купить? Ладно, сама допью что осталось, на полчашки хватит.
Я посмотрела в простодушное лицо Лики, ее подетски ясные сероголубые глаза, мысленно досчитала до десяти и почти нежно спросила:
- Зачем нам египтянка?
Лика заморгала.
- Кофе варить!
Я показала на блестящий агрегат возле электрочайника.
- Анжелика, в доме есть специальная машинка. Неужели ты забыла? Я тебе подробно объяснила, как ею пользоваться. Засыпаешь зерна в контейнер, наливаешь воду, нажимаешь кнопку и подставляй чашку под струю. Нет нужды привозить из Египта даму, которая займется варкой эспрессо.
Лика, приоткрыв рот, с изумлением уставилась на чудо технической мысли. Я села на табуретку и попыталась провести сеанс аутотренинга.
