– Из сборника «Старинные сказки Нормандии», – ответила я. – Когда я училась в институте, курс французской литературы у нас вела супружеская пара, Мария Николаевна и Александр Иванович. Имена у них были русские, зато фамилия вполне парижская – Дюма. Как чету французов занесло в Москву, я понятия не имею. На студенческий взгляд, педагоги были просто мумии, выглядели очень дряхлыми, но обладали светлым умом и рассказывали на лекциях и семинарах удивительные истории. У меня создалось впечатление, что преподаватели захаживали в гости к Ги де Мопассану, Вольтеру, Буало и прочим светочам французской литературы. Мария Николаевна вела факультатив по сказкам. Одно предание про Андрэ, во Франции это и мужское, и женское имя, произвело на меня очень сильное впечатление. Андрэ была веселой девушкой, не любимой родителями. История умалчивает, по какой причине отец и мать терпеть не могли дочь, но они заставляли ее с утра до ночи работать по дому, превратили в прислугу, никогда не брали ее на балы. Единственный, кто жалел ребенка, – это бабушка, но она не могла защитить Андрэ от жестокой матери и равнодушного отца. Однажды к Андрэ посватался хороший юноша, но родители отказали жениху, не желая лишаться бесплатной служанки. «Предки» парня тоже были против невестки, его мать заколдовала Андрэ, подселила в ее душу демона жестокости. Бабушка девушки уже умерла, некому было ее удержать, злые чары восторжествовали. Андрэ убила своих родителей, сожгла дом, ушла в лес и стала разбойницей, она грабила людей, отнимала у них деньги и одежду до тех пор, пока к ней не явился призрак старушки. Бабушка подарила Андрэ зеркало и сказала ей:
– Завтра ты станешь другой, хорошей, доброй. Злая Андрэ заточена в этом стекле. Смотрись в него каждое утро: пока не увидишь своего изображения, все будет хорошо. Но если в зеркале отразится твое лицо, значит, чудовище вырвалось на свободу. Тогда берегись.
Утром Андрэ проснулась, глянула в зеркальце и ужаснулась всему, что наделала. Она стала усердно молиться, ушла от разбойников, вышла замуж за бедного человека с десятью детьми, воспитала их и жила до глубокой старости в спокойствии и счастье. Зеркало оставалось тусклым и темным, но один раз, спустя много-много лет, Андрэ вдруг увидела отражение лица.
– И опять стала бандиткой? – воскликнула Катя.
– Нет, – улыбнулась я, – она продолжала вести праведный образ жизни, стала примером для остальных женщин.
– Нестыковочка, – хмыкнула Катерина, – бабушка-волшебница о другом говорила.
– Верно, – согласилась я, – ты точно углядела кульминационный момент. Призрак старушки сказал: «Если ты увидишь свое лицо». А что узрела Андрэ спустя десятилетия?
– Собственное отражение, – пожала плечами Катя.
– Нет, – возразила я, – на Андрэ глянула старуха. Девушка изменилась со временем, она не узнала себя, подумала, что из зеркала смотрит ее бабушка. Меня легенда потрясла. Я написала по сказкам Нормандии диплом и поняла, что народные легенды вовсе не «Золушка» и не «Кот в сапогах».
– Глупая история, – фыркнула Катерина, открывая шкаф, – потускневшее зеркало само собой не превратится в новое. И почему она себя не узнала? Утром небось шла в ванную чистить зубы, умывалась, а что висит над раковиной?
Я засмеялась:
– Катюша, преданию не одна сотня лет. Зеркала тогда были очень дорогим и редким удовольствием, его могли себе позволить лишь короли или богатые люди. Андрэ никогда не видела своего изображения. Ей негде было его увидеть.
– Все равно идиотская байка, – не смутилась Катя. – Убила родителей, отнимала у людей деньги, а потом раскаялась и жила счастливо. Это несправедливо, Андрэ следовало наказать. И чем она маме понравилась? Я впервые эту историю слышу! Держите.
Я взяла протянутые Катей плед и подушку. Хороший вопрос. От кого Ирина узнала старинную нормандскую легенду, которая не является широко известной?
Разложив кресло, я позвонила Лике и предупредила:
– Сегодня я не приеду ночевать. Ты помнишь, как кормить Афину и Фолодю?
– Из коробок достать сухари, – отрапортовала Анжелика.
– Молодец, – похвалила я ее, – не забудь отмерить нужное количество корма специальным стаканчиком. Пожалуйста, будь аккуратна.
Потом я умостилась на жесткой подушке и неожиданно быстро заснула.
Утром меня разбудила Катя, я села и не сразу поняла, где нахожусь, потом спросила:
– Который час?
– Полседьмого, – ответила девочка, – мне в школу пора.
Я зевнула.
– Очень рано ты встаешь.
– Уроки начинаются в восемь, на дорогу уходит сорок минут, – деловито перечислила Катя, – еще надо умыться, одеться, сумку сложить, кофе попить. Вы можете спать, только придется остаться в квартире до моего возвращения. Связка ключей одна, дверь не захлопывается. Раньше у нас был замок, который защелкивался, но я понесла помойку и…
– Понятно, – сказала я, – сама многократно вызывала слесаря, стоя на лестничной клетке. Я уйду с тобой, не беспокойся, соберусь в мгновение ока. Мама не пришла?
– Нет, – выпалила Катя, – видите же, ее комната пустая. Что теперь делать? Маму украл маньяк! О них постоянно по телевизору говорят. Надо идти в милицию, да?
