Сьюзи, ты никому не позволяешь забыть, что работаешь только на Саймона, и все-таки: не могла бы ты помочь нам хотя бы сегодня? Лоррейн совсем зашивается, и я была бы очень благодарна, если бы ты к двум часам подготовила все необходимое — блокноты, ручки, воду и т. д. Пасиб…
Тебе наверняка будет интересно узнать, что я только что трепалась по телефону с твоим парнишкой, Бреттом, и он просто умолял подыскать для него место. Ты бы, что ли, держал меня в курсе, дорогой. Потому что я чуть было не предложила ему подходящую работу — Кэмпбелл и Ролф из «Y&R»[109] как раз ищут молодую и отвязную креативную пару. Хорошо, что меня смутил голос этого самого Бретта — такая безнадега, как будто его загнали в угол. В общем, просмотрела я газету «Сан», хотя в обычные дни меня к ней даже в маминых садовых перчатках не заставишь прикоснуться. Боюсь, имена на буквы «В» и «Б» сегодня попали в черные списки всех рекламных агентств.
Еще у меня для тебя потрясающая сплетня, такая горячая, что ее можно подавать фламбе[110] в гриль-баре «Савоя».[111] Угадай, кого я вчера видала в «Одеоне» в обеденный перерыв — за первоклассным столиком у окна? Твою миссис Хэрриет Гринбаум собственной персоной с твоим же бывшим партнером. Ну, ты понял, о ком я — о Бэрри Клементе. Конечно, может, у них роман, хотя вряд ли. Его видели в городе с обалденной продюсершей из Парк-виллидж — просто Дженифер Лопес с портфелем. Не хочу прослыть язвой, но думаю, что покрытые растяжками бедра мамаши Хэрриет вряд ли разожгут в Бэрри огонь страсти. Знаю, что в последнее время ему стало неуютно в «Эббот мид». Ему не хватает места на полках для золотых львов и толстых черных карандашей. Не удивлюсь, если он всерьез рассматривает предложения двинуться вперед, к новым горизонтам. Ведь именно так Дэвид К. заманил тебя в «Миллер Шэнкс» — новыми горизонтами? Так что же происходит? Напиши, если знаешь.
Из газет и разговора с Бреттом я поняла, что ваши съемки на Маврикии не назовешь приятными, бедняжечка ты мой. Впрочем, я тебя знаю и не сомневаюсь, что ты соберешь свои войска воодушевляющим cri de guerre[112] и победишь все проблемы со своей обычной
Кстати, ты на связи или прочитаешь почту, только когда вернешься с Маврикия?
Не опускай знамени!
Извини, что не сразу ответила, — страшно занята подготовкой к возвращению Саймона. Рада была бы помочь, но, увы, не могу.
Вижу, как ты занята. Целых четыре флакона лака для ногтей — действительно, как угадать, который больше понравится Саймону? Я бы выбрала сливовый, но опять же — кто знает… Прости мою колкость, Сьюзи, просто меня это уже достало. Приготовлю все сама…
По-моему, Джадж-Дьяволс опять на кого-то злится. Глаза красные, сидит — по клаве колотит как бешеная, небось, стряпает очередной ядовитый мейл. Я забью на Маниакально-Шизофреническое, или как там его, телевидение в обед. Пойдем в «Блэйкиз»? Надоело платить три фунта за паршивое пиво в «Зеро». Смогу выкроить полчасика где-то около 13:00. Соглашайся.
Мне неприятно писать это, дорогой, особенно сейчас, когда ты испытываешь такую колоссальную нагрузку, но я больше не могу. Как персональный помощник креативного директора, я ожидаю к себе хоть мало-мальски уважительного отношения. Тем не менее недавно я подверглась физическому насилию со стороны Лоррейн Паллистер, а Пинки Фэллон ведет себя так, будто она здесь хозяйка. Ты знаешь, что для тебя я сделаю все, что угодно, однако и моему терпению пришел конец. Я пыталась тебе прозвониться — так и не смогла. К сожалению, у меня остался только один выход.
Пожалуйста, считай это письмо официальным заявлением об уходе из «Миллер Шэнкс». Разумеется, я отработаю положенный месяц — не желаю, чтобы меня обвинили в непрофессионализме.
Хочу воспользоваться случаем и сказать спасибо за удовольствие работать с тобой. Приблизиться к одной из легенд британской рекламы — что может быть замечательней? Ах, если бы все в «Миллер Шэнкс» разделяли твои взгляды и высокие требования к работе, может, мне бы и не пришлось печатать это сообщение.
Надеюсь, даже после моего ухода мы останемся очень, очень близки.
Твой преданный друг,
