— Правда, — кивнула Зина, — мне все равно делать нечего. У меня выходной. А у всех, между прочим, рабочий день! Ура работе преподавателя. Так что посмотрю на твоего страшного Маринова. Смотаюсь по системе бикицер, — засмеялась она.
Морской штаб располагался в мрачном четырехэтажном доме серого цвета. Сразу было видно, что это воинское учреждение — над входом развевался флаг СССР и возносился портрет вождя. Люди в морской и военной форме сновали туда и сюда.
Увидев это здание, Зина помрачнела. Про такие обычно говорят: казенный дом, а это был советский казенный дом, то есть все это было еще хуже, чем могло быть.
Но обещание есть обещание. Тяжело вздохнув, Зина решительно направилась ко входу. Вошла в вестибюль, где ее сразу остановила охрана: оказалось, что вход в здание — строго по пропускам. Путь Зине перегородил дежурный — суровый молодой человек.
— Гражданка, вы по какому делу? — строго спросил он.
— Я хотела бы видеть товарища Маринова. Он у себя? — ответила Зина.
— Из какой организации? По какому вопросу?
— Я частное лицо. И вопрос… личный, — она немного запнулась.
— Тогда вы не можете пройти в штаб, — четко ответил молодой человек. — Это воинский объект. Посторонним вход запрещен.
— Но мне срочно нужно увидеть офицера Маринова! По важному вопросу! — волнуясь, воскликнула Крестовская.
— Гражданка, покиньте помещение. — Дежурный был непреклонен.
Из ближайшего коридора показался уборщик — старый дедок со сгорбленной спиной. В одной руке его было ведро, а во второй — мокрая швабра. Он с интересом посмотрел на них.
— Гражданка, покиньте помещение, иначе я вызову охрану! — строго повторил моряк.
Делать было нечего — Зине не оставалось ничего другого, только уйти. Она вышла на улицу. Порыв ветра гнал по мостовой пыль и песок. Зина зажмурилась, мотнула головой — да что же это такое, во что вляпалась дура Маша, в самом деле?
— Эй, девчоночка! — Голос, раздавшийся за спиной, заставил ее обернуться.
Старик-уборщик, с изжеванной папироской во рту, выйдя из здания, ковылял в ее сторону.
— Не повезло тебе, да? — остановился он рядом с ней. — Ну так они никого до того цугундера не пускают! Шухер там. Фраера столичные понаехали, хи-пиш на постном масле устроили. А сами тайком делают шахер-махер. Да ты не горюй! Шо, жониха ищешь? — Слова, знакомые одесские выражения так и хлынули на Зину.
— Что-что? — не поверила она своим ушам.
— Ха, — хмыкнул старик, — а тут часто такие ходют, шо жониха потеряли за бортом, — он пыхнул папиросой. — Много их таких. Велено не пускать. Этот Маринов — тот еще хмырь!
— Вы его знаете? — Зина наконец поняла, что говорит уборщик, и вся превратилась в слух.
— А то мне не знать! Или как? — фыркнул он. — Шкура, молью побитая! Но тебе, девчоночка, я помогу.
— Да как поможете?
— А знаешь ресторан «Адмирал» на Ланжероне? Вот как через парк идешь мимо желтой стены до арки, а потом до двух шаров. Так не доходя до них, будет ресторан «Адмирал». И там этот хмырь кожную ночь ошивается. С фифой своей, прости господи, позор семьи…
— Почему позор семьи, кто? — не поняла Зина.
— Эх, девонька, сопливая ты до того, шоб за такое знать! Было в Одессе знатное семейство ювелиров. Барги. Не слыхала?
— Ну что-то… — В душе Зины все обмерло, у нее замерло даже дыхание, а сердце, оборвавшись, рухнуло вниз.
— Так вот, — продолжал словоохотливый старик, — было у них два брата и еще сестра, Лора. Та еще профурсетка — мама, вырви глаз! Одно время в Москве была. А до теперь вернулась по Одессу. И с этим Мариновым ошивается. Как увидишь в ресторане рыжую козу в панбархате, за то знай, шо то он с ней.
— Лора Барг… — задумчиво протянула Зина.
— Оно самое, за такое дело ухами на обхлопо-чешься! — воскликнул уборщик. — Одно время я в лавке деда ее работал, когда он еще лавку держал. При царском режиме то было. Хорошо всех знал — и братьев, и эту рыжую. Ох, и балованная была девка! В заднице черт. Теперь вот досюда вернулась и хвосты этому Маринову крутит. Шлюшка. Так шо если надо он тебе, ты в ресторане выследи, да сразу деньги суй! Без денег ничего они говорить не будут, не приучены, шкуры офицерские. Удачи тебе, девонька!
Поблагодарив старика, Зина быстро пошла вниз по пыльной улице.
— Значит, план такой… — Зина строго посмотрела на подругу, поставив руки в боки. Ей казалось, что именно такая поза прибавляет ей решительности. — Ресторан «Адмирал», и никак иначе! Короче, мы туда идем. И все.
— Но я давно не была в дорогих ресторанах… — выдавила из себя Маша. — И потом, как это будет выглядеть?
— Да так и будет! — усмехнулась Зина. — Забацаем подставу, как говорят у нас в Одессе. И дело в шляпе! — и она подмигнула подруге.
— Терпеть не могу, когда ты говоришь так, на подобном жаргоне, — вскипела Маша. — Откуда в тебе это?
— Это не жаргон, это жизнь, — улыбнулась Зина, совсем не обидевшись. — Мы говорим так с детства.
