Мыс Маям-Раф полностью

– Не экспедиция, а полевые работы, – в десятый раз поправил Юльку отец. – Так, по мелочи уточнить… – он замолчал, сворачивая с дороги.

Машина затормозила во дворе института. Там уже стоял «Урал», и в тени его оранжевой туши тихо переговаривались несколько человек. Юлька узнала дядю Диму… то есть – Дмитрия Антоновича, начальника партии, и облегченно вздохнула: сразу остаться наедине с незнакомыми взрослыми людьми было бы страшновато, а рядом со старым другом отца она чувствовала себя почти свободно. Остальные совсем не были похожи на геологов, не то что дядя Дима, широкоплечий и бородатый: хрупкая румяная старушка, сидящая в кабине, высокий кряжистый дед. Тощий и вертлявый тип в красной бандане озабоченно осматривал колеса вездехода.

– Ну, Юлька, знакомься, – сказал из-за спины отец. Рядом с ним улыбался невысокий парень лет тридцати.

– Петр Алексеевич у нас повар, – указал отец на старика. У повара был большой сизый нос, растрепанные седые волосы и улыбка добродушного пирата. Юлька робко пожала протянутую руку.

– Повар? – удивленно переспросила она.

– Стар я уже по маршруту скакать, – улыбнулся Петр Алексеевич.

– Владимир – водитель.

Вертлявый небрежно кивнул, не отрываясь от колес.

– Ну, и наши геологи. Сергей Александрович, – отец повернулся к стоящему рядом парню.

– Просто Сергей, – улыбнулся тот. «Симпатичный», – решила Юлька. Темные живые глаза, твердо очерченное лицо, легкая щетина. Он был в вытертой, выгоревшей штормовке, и Юлька с отвращением посмотрела на свою новенькую зеленую курточку. Вздохнула: когда еще ткань приобретет такой благородный оттенок… «Интересно, он женат?» – подумала вдруг Юлька и покраснела.

– И Таисия Михайловна, – отвлек ее отец, подводя к выглянувшей из кабины старушке. – Таисия Михайловна, вы ей мартышничать не давайте, хорошо?

– Ну пап! – возмутилась Юлька. Таисия Михайловна улыбнулась, по загорелому лицу разбежалась сеть морщин.

– Ничего, мы сработаемся, – потрепав Юльку по голове, старушка скрылась в машине.

– Будешь жить в палатке с Михалной, и на маршрут с ней же ходить, – тихо сказал отец.

– Она что, по обрывам будет лазать? – изумилась Юлька.

– Ты у нее еще отдыха запросишь, – рассмеялся Дмитрий, – наша Михална еще ого-го!

– Да, мама – молодец, – гордо улыбнулся Сергей. Юлька фыркнула. Надо же – такой большой, а до сих пор… Что до сих пор – Юлька додумать не успела.

– Ну все, – заторопил отец, – хватай рюкзак и прыгай в будку.

Вездеход, рыча, пробивался сквозь тайгу. Старая грунтовка, ведущая к покинутому людьми Ныврово, давно ушла в сторону, и теперь машина петляла по просекам между сопками. Проклиная крошечные окошки и тряску, Юлька на четвереньках умостилась на скамейке и прилипла к стеклу. Она уже несколько раз крепко приложилась лбом, но смотреть в окно не перестала. Когда машина остановилась у брода через темную речку, окруженную лиственницами, Сергей хитро подмигнул девочке. Отвел в сторонку Таисию Михайловну, загадочно перешептываясь. Вернулся, довольный, и погнал сконфуженную и обрадованную Юльку в кабину.

Здесь так же немилосердно трясло, и в тесноте Юлька все время билась одной коленкой о дверную ручку, а другой – о ногу Таисии Михайловны, но и неудобства, и смущение быстро были забыты. Сопки расступились, остались позади последние лиственницы, и перед восхищенной Юлькой открылась долина Мати. Взревывая и разбрасывая торфяную жижу, вездеход шел вдоль заболоченного русла. В сочной зелени осоки вспыхивали солнечные поляны пижмы и пятна цветущего шиповника. Река неторопливо несла чайную воду к распахнувшему стальные крылья морю. Задохнувшись, Юлька смотрела, как огромная шоколадно-белая птица неторопливо летит к далекому мысу, похожему на спящего у воды зверя. Запах соли перебил аромат хвои и железистый запашок болота. «Урал» спустился на плотный серый песок и пошел по отливной полосе к багровой громадине Маям-Рафа. Водитель расслабленно засвистел, довольно посматривая на плотный ровный песок.

– Следы, – вдруг удивленно сказал он. – Кто-то нам навстречу проехал.

– Рыбнадзор, – безразлично предположила Таисия Михайловна.

– У них «ГАЗ», – возразил Вова, – а это от «Урала» следы. Браконьеры?

Таисия Михайловна промолчала, досадливо дернув плечом.

Лагерь разбили, не доехав до мыса километров пять, на узкой полосе пляжа, зажатой между скалами и морем. Следы чужой машины тянулись от Маям-Рафа. Вова несколько раз прошелся вдоль колеи, хмуро бормоча под нос, а потом присел у машины и нахохлился. Только когда Сергей потащил его накачивать надувную лодку, водитель ожил и снова принялся рассуждать о подозрительных следах, но, увидев вежливую рассеянность геолога, затих, недовольно махнув рукой.