- Кто бы ни вспомнил, тот сразу же о них и забыл. - Разговор сворачивал куда-то не в ту сторону. Нужно было срочно выруливать. - Лизок, ты же помнишь, у нас брачная ночь по плану. Или ты здесь тоже придумала нечто, больше подходящее под настроение?
- Да. Только ты все уже испортил. А такой был хороший сценарий...
Она отстранилась, отошла к окну, задумалась о чем-то, глядя в темноту. Внезапно до меня доперло, что девочка моя устала. И расстроена. И, как обычно, старалась не показывать свою слабость и ранимость. И верила, что я не замечаю этого за колкостями и вредностью...
- Лиза, иди сюда. - Она лишь дернула нервно плечом, не оборачиваясь. Уставшая, на что-то вновь обиженная, моя жена. Явно занятая тем, что придумывала новую выходку: чтобы обмануть, не показать свою слабость. Вот оно, начало новой жизни. Возможность изучать ее вдоль и поперек, наслаждаться новыми выходками. Приручать и приучать к себе. И, может быть, дождаться момента, когда она усядется рядом, обнимет, положит голову на плечо и просто расскажет, как ей тяжело. А я буду жалеть, утешать, рассказывать, как у нас все будет хорошо. И Лиза поверит, что ей можно быть девочкой, слабой и нежной.
- Лиза... Ты же просила озвучить мое предложение, от которого не сможешь отказаться? Я помню - просила, а не успел рассказать.
Ага. Крепость неприступная немного дрогнула. Любопытство - такая штука, от которой ни одна женщина не защищена. Может быть, нечестно манипулировать близкими, зная их слабости. Но ведь Лизка - и сама знатный манипулятор.
- Ну, давай, выкладывай. - Она повернулась в мою сторону.
- Предлагаю детей сделать. И растить их в любви и заботе.
- Уболтал. - Даже улыбка появилась на лице, шальная несколько. - Только давай, сразу двоих забабахаем, чтобы одним разом отстреляться?!
- Эм... А ты знаешь способы, как делать двойню, с гарантированным результатом?
- Янкевич, это твоя забота, как получить гарантированный результат. А мне потом его вынашивать, над унитазами зависать, требовать зимой щавель, а самое главное - рожать! Знаешь, как это страшно?
- Лизонька, милая моя, ты снова ввела меня в ступор. Если тебе страшно - не будем торопиться. Займемся вопросом, когда созреешь для этого. А сейчас просто любовью займемся. Как тебе такой вариант? - Не выдержал - встал с дивана, подошел к Лизе, начал тихонько трогать её локоны - такие непривычные; шею - такую беззащитную, нежную; скулы - так быстро порозовевшие от прикосновений... - А я тебе уже говорил, что очень быстро и ярко краснеешь?
- Кир, ты все время сбиваешь меня с толку. - Вздохнула коротко, поверхностно. Но от ласки не увернулась. - Я не умею краснеть.
- Хочешь, фото сделаю? Или зеркало принесу?
- Нет!
- Тогда я поработаю для тебя зеркалом... - И до этого любил ее рассматривать, а сейчас по-новому взглянул. - Ты сегодня очень красивая, говорил уже?
Сначала поглаживал её кончиками пальцев, страшно было, как в первый раз, неаккуратно зацепить грубыми ладонями... Потом зачесались и зазудели все руки, и рот - вспомнил, что по ее губам давно скучал. Галстук мешал невозможно , да вот снять не получалось - руки заняты. Хорошо, что Лиза помогла. И с пиджаком, и с рубашкой тоже... И все бы хорошо, но я застрял на платье. Лиза всегда имела странную тягу к сложной одежде, которую трудно снять. Но это произведение портновского искусства превзошло все прошлые трудности...
- Лизунь, ты специально такое заказала? - Я чертыхался, пытаясь распутать очередной то ли крючок, то ли пуговку. Пальцы тряслись от желания, нетерпения и немного - от злости. И на свою неумелость тоже.
- Там сбоку - молния. Сначала её, а потом уже все остальное. И ленточки на спине не трогай, они для красоты приспособлены. - Она даже не отвлеклась от моего ремня и от стягивания брюк.
- Может, порвать проще? - Уже приглядывал, за какой шов будет правильнее дернуть, чтобы с первого раза...
- Ну, ты, конечно, можешь попробовать... - Лиза ненавязчиво прошлась коготками по коже живота. Заставила все тело вибрировать, а меня - еще сильнее дергать застежки. - Только лучше сначала выспаться, а потом с новыми силами начать. Я бы отложила на завтра это развлечение...
- Ты в меня совсем не веришь, милая? - С жадностью втягивая тонкую кожицу на ключицах губами, не в силах вовремя оторваться. Понимая, что будут следы, зализывая, заглаживая их... Снова припадая...
- Это парча, Кирилл. И сшито в хорошей мастерской, а не в китайском подвале. Швы крепкие, ткань - тоже. Расстегни молнию, не пытайся
Она пыталась говорить внятно, размеренно, будто с ребенком, но получалось плохо. Лизка сама задыхалась. Переходила на стон-шепот-вздох. Срывалась. А мне так это нравилось. Всегда, когда девочка моя начинала срываться, сходить с ума - очень нравилось. И плевать на платье. Она пожалела меня и себя. Дернула потайную молнию (я бы сам никогда не нашел), повела плечами - платье начало медленно сползать.
- Подожди. Не спеши, Лиз. - Отпрянул. Руки убрал подальше, так, чтобы не схватить опять, нечаянно.
- Что опять случилось, Кир? Что не так? - Недоумение било через край.
