На мой взгляд, мама вполне заслужила часть того, что приобрел отец, пока они жили вместе. И для меня до сих пор остается загадкой, почему же мама не стрясла с отца половину, как и положено после развода?
Она только отмахивалась, когда я пыталась спросить ее, и говорила, что чужое ей не нужно и нужно иметь свое.
Стряхнув с себя невеселые мысли, все же начинаю собирать вещи. Как бы я ни оттягивала момент отъезда, он настанет.
Скидываю вещи и радуюсь тому, что я не поклонник мелких безделушек. Полки не завалены различными статуэтками. Только несколько медалей, которые я успела получить за недолгую спортивную карьеру.
– Кариш, Владимир приехал, ты готова?
Проверяю все ящики комода и стола. Убеждаюсь, что все нужное упаковано по коробкам. Давлю в себе грусть и пытаюсь мыслить позитивно. Смена обстановки и новое место должно пойти на пользу. Разве нет?
На меня смотрят пустые стены, на которых минуту назад висели фотографии, пустая кровать и пустой стол. Сглатываю тугой комок, но на глаза все равно наворачиваются слезы, и я шмыгаю носом как раз в тот момент, когда в комнату заходит мама.
– Ну ты чего раскисла, Кариш? – теплые объятия мамы как всегда успокаивают.
– Просто привыкла к этой квартире, – не рассказываю всех сомнений маме, – не хочется уезжать.
– Понимаю, солнышко. Но, думаю, нам там понравится.
В голосе мамы неподдельная радость, и я нагло впитываю ее. Пытаюсь успокоить бешено колотящееся сердце. Не понимаю до конца, от чего взыграли такие эмоции: от страха или от волнения?
Вытираю тыльной стороной ладони скатившуюся слезу и выдавливаю улыбку:
– Все хорошо, мам. Мы справимся.
По квартире разносится звонок.
– Тебе понравится, – шепчет на ухо и идет открывать дверь.
– Привет, красавица, – мне хорошо слышен низкий голос Владимира.– Как ты?
– Устала. Не думала, что в нашей маленькой квартире столько вещей, – отшучивается мама.
Я выхожу из укрытия.
– Привет, Карин.
Мужчина внимательно осматривает меня, словно пытается считать эмоции, но я стараюсь сохранять спокойствие, хоть и хочется сесть на пол и взвыть как маленький ребенок.
Неожиданно Владимир сгребает нас с мамой в охапку и прижимает по бокам. Я застываю, застигнутая врасплох, и, кажется, даже перестаю дышать, пытаясь справиться с шоком.
– Ну что, девчонки, готовы к воссоединению новой семьи? – усмехается мужчина.
Я что-то неразборчиво пищу, а мама тычет локтем в бок мужчине, и он притворно охает.
– Не смущай дочь, она не привыкла к таким проявлениям эмоций.
Меня тут же отпускают, и я наконец набираю в грудь воздух.
– Извини, просто сегодня целый день не мог ни о чем думать, – на лице мужчины расползается улыбка.
К этому только предстоит привыкать. Но ничего…
Я удивленно распахиваю рот, когда Владимир в одиночку начинает грузить коробки. Стискиваю зубы, чтобы скрыть шок. Вопросительно киваю маме, но она только пожимает плечом и загадочно улыбается.
Владимир без труда хватает последнюю коробку, и я уже готова побежать за скотчем, чтобы приклеить челюсть, которая вот-вот отвалится. Уверена, это не последнее удивление на сегодня.
– Ну, если что забыли, вернемся, – говорит мама и закрывает дверь.
– Возвращаться – плохая примета. Купите, если что, – твердо заявляет Владимир, на что мама только качает головой.
Мы втроем выходим на улицу и сталкиваемся с любительницей местных сплетен –соседкой с первого этажа.
– О, Настя, собралась куда? – поправляет прическу, а сама сверлит взглядом Владимира, не обращая на маму никакого внимания.
– Ага, – мама же молча берет за руку спутника и с бесстрастным лицом подходит к большому внедорожнику, – переезжаю вот.
Лицо соседки багровеет, когда Владимир пикает сигнализацией и открывает перед мамой дверь. Еще секунда – и из ушей тети Вали повалит дым, а из пасти – языки пламени.
– Подобрали-таки брошенку, – усмехается змея, и я уже открываю рот, чтобы вставить реплику.
Владимир не обращает никакого внимания на завистницу и открывает дверь уже передо мной, кивает на заднее сиденье и аккуратно закрывает дверь, когда я с трудом беру высоту машины и усаживаюсь на кожаное сиденье.
– Всего хорошего, – напоследок бросает фыркающей соседке, и мы покидаем двор.
Поначалу в машине воцаряется неловкое молчание. Мама переглядывается с Владимиром, и я вижу, как он ей подмигивает. Щеки мамы краснеют, а я закусываю губу, чтобы не усмехнуться. Так приятно наблюдать за ними, но все равно в присутствии Владимира мне некомфортно, потому что не привыкла я к общению с мужчинами.
С отцом я вообще забыла, когда в последний раз разговаривала.
– Я надеюсь, ты не восприняла в серьез реплики этой дамы, – тишину нарушает тихий голос Владимира.
– О, – отмахивается мама, – это просто местная сплетница. Все хорошо. Руслан знает, что мы приедем?
– Руслан пока на сборах. Готовятся к соревнованиям между университетами, – продолжает Владимир.– Думаю, завтра вернется. Хотя может и задержаться. Карин?
Отрываю взгляд от окна и перевожу на мужчину. Он же наблюдает за мной в зеркало заднего вида.
– М?
– Тебе учиться-то нравится?
