Поразительно, сколь умен бывает политик через десять лет после того, когда надо было быть умным.
Нет ничего опаснее, чем пытаться преодолеть пропасть в два прыжка.
Тот, кто решил достичь успеха в политике, должен держать свою совесть под строгим контролем.
Полностью экипированный герцог стоит столько же, сколько два дредноута, причем герцоги наводят больше страха и дольше служат.
Смерть — самый удобный момент взять налог с богача.
Фельдмаршал Хейг был человеком блестящим до самого верха своих армейских сапог.
Мир все больше напоминает сумасшедший дом, которым заправляют умалишенные.
Ему все равно, куда ехать, при условии, что он сидит за рулем.
К нему можно питать все самые лучшие чувства — кроме доверия.
Он просто не мог видеть чей-либо пояс, чтобы не ударить ниже его.
Марго Асквит спросила экономиста Джона Кейнса: «Как вы думаете, что делает Ллойд Джордж, когда остается один?» — «Когда он остается один, в помещении никого нет», — ответил Кейнс.
Дабы достичь истины во всяком предмете, мы должны всегда быть готовы поверить, что то, что нам представляется белым, на самом деле — черное, если так решит церковная власть.
Я хочу увидеть смех. У христианина нет никаких причин, чтобы печалиться, и много причин для того, чтобы быть веселым.
Человек, который пытается изменить других, теряет время напрасно, если он не начал с себя.
Кепка защищает некоторые обнаженные части моего тела.
Я думаю, мы должны говорить правду или хотя бы говорить то, что мы думаем.
В отношении таких слов, которые являются нелитературными, грешен, употребляю. Не по отношению к людям — никогда стараюсь не обижать личность. А для того чтобы связывать различные части предложений, бывает.
Прежде чем лечь в постель, надо познакомиться. Поэтому давайте сначала познакомимся, но выскажем намерение, что мы ляжем в постель.
Базис моего мышления политического заключается в том, что я не хочу уходить из Москвы.
Философия московская очень простая: работать по-капиталистически, распределять по-социалистически, в условиях полной демократии.
Допустимо ли, правильно ли оставаться в стороне от того процесса, который ведет нас в пропасть?
Я говорю: очень хорошо, что мы перестали производить ракеты. А то ракетный завод должен выдавать зарплату своим рабочим — чем?
