Мысли объ устройствѣ будущей Россiйской вооруженной силы полностью

Такимъ образомъ, современная огневая доктрина стала столь же "психологичной", какъ и прежняя ударная. Она также базируется на признанiи главенствующаго значенiя духовнаго элемента въ явленiяхъ боя. Она также считаетъ, что главнымъ орудiемъ борьбы остался человѣкъ. Въ этомъ отношенiи она отличается отъ прежней ударной доктрины только тѣмъ, что она раздвигаетъ рамки рѣшительнаго перiода боя до границъ дѣйствительнаго артиллерiйскаго огня. Начиная съ этой границы, она уже стремится огнемъ довести непрiятеля до моральнаго кризиса. Чѣмъ скорѣе и полнѣе она этого достигнетъ, тѣмъ меньше кроваваго напряженiя потребуется отъ пѣхоты, тѣмъ больше останется "капитала побѣдной крови" и тѣмъ больше возможностей ей представится приблизить достигнутые огнемъ результаты до идеала всякаго боя — уничтоженiя врага (плѣненiя его). Но вмѣстѣ съ тѣмъ, современная огневая тактика признаетъ, что это достиженiе возможно только при сближенiи бойцовъ до рукопашной схватки. Въ этомъ отношенiи формулировка, принятая Японскимъ уставомъ, что "штыкъ добиваетъ непрiятеля", вполнѣ отвѣчаетъ идеямъ огневой тактики.

Такимъ образомъ, всѣ наши страхи, что широкое развитiе техники губительно отражается на "духѣ войскъ", нужно оставить. Это предразсудокъ, связанный съ нашей общей культурной отсталостью.

Будущая доктрина Русской армiи должна смѣло вступить на огневой путь, порвавъ насегда съ началами ударной тактики. Основнымъ положенiемъ новой доктрины должно быть признано то, что современная тактика стала огневой, принимая это положенiе съ тѣми поправками, которыя внесла минувшпя война и о которыхъ мы только что упоминали выше.

Новые изобрѣтенiя техники не измѣняютъ еще этого положенiя. Широкое развитiе авiацiи только удлинило раiонъ, угрожаемый бомбой. Но бомбоносный самолетъ не сможетъ замѣнить пушки. Для того, чтобы сбросить свои бомбы, бомбоносный самолетъ долженъ оказаться надъ избранной имъ для пораженiя цѣлью. Это требуетъ полнаго господства въ воздухѣ. Пушка же исполняетъ свое дѣло, оставаясь внутри своихъ позицiй. Снабженiе огнестрѣльными припасами — это основной вопросъ для веденiя массоваго огня разрѣшается для пушки неизмѣримо проще[23]. Химiя, пытавшаяся вначалѣ выступить на полѣ сраженiя самостоятельно въ видѣ газовой волны, выпускаемой изъ резервуаровъ, оказалась не въ состоянiи противостоять непрiятельской артиллерiи: ей пришлось избрать другой путь, а именно, начинять артиллерiйскiе снаряды своими газами и кислотами. На этомъ пути мощность ея воздѣйствiя чрезвычайно увеличилась, а въ будущей войнѣ еще болѣе расширится. Лучи дьявола, о которыхъ такъ много говорила пресса, еще очень далеки отъ осуществленiя. Но даже если это и будетъ имѣть мѣсто, то къ орудiямъ, поражающимъ снарядами, прибавятся орудiя, поражающiя лучами. Измѣннiе "огневого характера" тактики предвидѣть очень трудно.

СОДЕРЖАНIЕ: "Шапками закидаемъ?" Къ концу 1916 года Россiи не хватало людского матерiала. Реальное значенiе "количества" войскъ и методы его оцѣнки въ современную эпоху. Наше "многолюдiе" даетъ возможность повысить качество нашей армiи. Методы исчисленiя количественной силы будущей Русской Армiи.

Упорство, съ которымъ мы оставались въ циклѣ идей ударной тактики, имѣло также причину особаго рода. Россiя всегда была страной технически отсталой по сравненiю со своими западными сосѣдями. Учитывая это, мы надѣялись количествомъ своего людского матерiала возмѣстить свою техническую отсталость. 170 миллiоновъ населенiя свой громадной цифрой импонировали воображенiю — и не только нашему, но и нашихъ союзниковъ и нашихъ противниковъ. Подобная мысль еще и теперь имѣетъ широкое распространенiе въ нашей военной средѣ, въ чѣмъ намъ приходится убѣдиться изъ упомянутыхъ нами отвѣтовъ участниковъ кружковъ Высшаго Военнаго Самообразованiя. Изученiе красной военной литературы показываетъ на существованiе такого же убѣжденiя и въ рядахъ краснаго команднаго состава.

Между тѣмъ, только что минувшая война принесла глубокое разочарованiе въ этомъ отношенiи.

Къ концу третьяго года войны Россiя стояла передъ острымъ недостаткомъ въ людскомъ матерiалѣ. Этотъ фактъ настолько противорѣчитъ обычно распространеннымъ мнѣнiямъ, что я позволю себѣ нѣсколько подробнѣе на этомъ остановиться.