Бухарские танцы под небом азийскимЛучились порывом любви к друзьям.В круговороте ладони лихиеДарили отраду нашим глазам.Мир тот плясал, пел, веселился,Под радость седых отцов, матерей,А дети учились восточной культуре,Там впитывая дух общины своей.С надеждой родители представлялиСудьбу детей их в стране родной.Но жизнь по иному у нас случилась,Мы ныне живём на земле другой…Ах, яркий танец бухарский.Не танец – любви азарт.Такая бесценная радость,Что даже – слезы в глазах.Дутар и домбра будто пляшутИ звуки уходят во тьму,Все наши ладони дружноПротянуты миру сему.Бухарско-еврейская пляска,Сверканье весёлых глаз –Еще не забытая сказкаЗемли, где нет уже нас.<p>Чувство совести</p>Подчас беспечно мы идём вперед,Не думая, что будет, наперед.И нашим детям, как и нашим внукам,Осмыслить бы свой длительный поход…Но мои мысли постоянно – с ними,О том, чем жить им через много летИ сохранится ли в них памятьО тех, которых с ними нет.Теперь ведь, в 21-ом веке,Уже бегут иные временаНе захлестнёт ли наши душиСтыда печальная волна?Смогу ли я своею страстной речьюУвлечь сегодняшних ребят,И отзовутся ль мне их дети?..Всем в жизни предстоит найти себя…<p>Имею я вопрос</p>– Я вопрос такой имею::Разве плохо быть евреем?– Как точней тебе сказать…Им не всяк сумел бы стать!Я то знаю – жизнь прожил:Побеждал, но потужил…<p>Меняем мы фамилии</p>Мы, эмигранты, все евреи,И, конечно, не из Кореи.Мы гонимы во всём мире,Потому и меняем тут фамилии.Ведь что сменилось для еврея?Американский хлеб тут не вкуснее,Но за ум здесь не гонимы,А хотим принять тут псевдонимы.Ну, скажите мне на милость,Мастерство ума здесь изменилось?Почему ж сейчас у наших юнцовЖажда отказаться от имен отцов?Но, как бы ни было нам тут,Они за это вряд ли что-то ждут.И их судить я не берусь.Боюсь, что сам я тоже изменюсь…<p>Надеется</p>Рад избранному лидеру общиныИ вижу – он в расцвете сил.Он нас о помощи немного попросил,Когда немало средств и сам скопил,Чтоб нам иметь общинный дом.Обосноваться глубже хочет в нем:Там святость, мудрость, обрестиИ мудро к братству нас вести.<p>Имя родное: Иммануиль</p>В Союзе, откуда я, дал Б-г, уехал,Где молодость оставил и зрелость нажил,Было мне постоянной помехоюЕврейское имя мое – Иммануиль…В документах моих его корёжили,То Эдик, то Эдуард – изощрялись писцы.Так и жил в твореньях и книгах своихС именем не еврейским, а иным.Но пришло новое время – и в СШАНа обложках книжек моих впереди –Моё имя родное: Иммануиль…<p>Наши девушки</p>
