Mysterium Coniunctionis полностью

619 С точки зрения каббалистов, Адам Кадмон — это не просто всемирная душа или, выражаясь языком психологии, "самость"; он представляет собой процесс трансформации, его деление на три или четыре фазы (триметрия или тетраметрия). Алхимической формулой этого является Аксиома Марии: "Единица становится двойкой, двойка становится тройкой, а из Тройки получается Единица, как Четверка". В трактате раввина Абрахама Коэна Ириры (Хакоена Герреры) говорится: "Адам Кадмон происходит от Простоты и Единицы и в этом смысле он является Единством; но он также снизошел в свою собственную природу и в этом смысле он является Двойкой. И он снова вернется к Единице, которая находится в нем, а также к Высшему; и в этом смысле он является Тройкой и Четверкой"[1914]. В этом пассаже речь идет о "главном Имени", Тетраграмматоне, которое представляет из себя четыре буквы Божьего имени, "три из который разные, а четвертая является повторением второй"[1915]. В ивритс-ком слове YHVH (пишется без гласных), хе — это женская, предназначенная в жены йод[1916] и вау). В результате, йод[1917] и вау[1918] относятся к мужскому полу, а две женских хе тождественны друг другу и потому являются одним элементом. В этом смысле главное Имя представляет собой триаду. Но в силу того, что хе удвоена, Имя является также и тетрадой или четверкой[1919] — запутанный момент, странным образом совпадающими с Аксиомой Марии. С другой стороны, Тетраграмматон состоит из двойного брака и потому не менее примечательным образом согласуется к нашими диаграмммами Адама. Удвоение женской хе архетипич-но[1920], поскольку брак quaternio изначально предполагает как разность, так и тождественность женских фигур. Это также относится и к мужским фигурам, как мы уже имели возможность убедиться, хотя в данном случае, как правило, доминируют различия, что не удивительно, поскольку эти вещи по большей части являются плодами мужского воображения. Соответственно, мужская фигура совпадает с мужским сознанием, в котором различия являются практически абсолютными. Хотя женских фигур --две, различия между ними настолько невелики, что эти фигуры представляются практически тождественными. Эта двойная и, в то же время, тождественная фигура точно соответствует аниме, которая в силу своего (как правило "бессознательного") состояния, песет на себе все признаки не-дифференцированности.

620 Если мы применим эти размышления к алхимической схеме, то мы будем в состоянии модифицировать ее так, как это совершенно невозможно в случае со схемой психологической. Таким образом, у нас получается формула, в которой обе схемы приводятся к общему знаменателю:

621 Главная мысль, а именно то, что трансформация не завершена, проистекает из самого текста; желаемое совершенство оставляется на будущее, "в котором та, что скована многими горами, будет освобождена". Для этого требуется божественное чудо, нужно сокрушить и сжечь Ханаан, обрушить небо и растопить горы. Подобная демонстрация силы указывает на остроту различий, которые надо преодолеть, чтобы достичь совершенства.

622 Странным аналогом скованной горами Суламифи является Парвати, имя которой означает "жительница гор", и которая считалась дочерью Химават (Гималаев)[1921]. Опечаленная своей чернотой, в которой се упрекал ее супруг Шива, она покинула его, удалилась в лес и стала там жить в одиночестве. И Суламифь в своем одиночестве и уединении восклицает: