«Едва я сюда приехал с того света на костылях… ну так пусть другие пляшут, я стану петь… запел и никто не удивляется, что во все горло… перекричишь ли шлюпки, шайки певцов, хоры на воде и на сухом пути, что за пропасть?
Или свет переменился
Или я переродился?
Или здесь я с головой?
А там был все безголовый;
Жил я нежил целый год,
Ни летал, ни пресмыкался;
Здесь я точно так попался,
Как на ярманке урод:
Между пляшущих прекрасных
Дней цветных, весенних, ясных
В исступленный хоровод!
В Москве что-то же будет?
Так-то голос вознесется
Русской песни высоко!
Так-то уж рекой польется
Медовое молоко!»
Львов переходит на ритмы народной плясовой, и лексика все более и более обретает народный характер, а образы выхватываются из мира сказок и прибауток.
«Грянут лодки стовесельны
Наших удалых ребят,
Берега у нас кисельны,
Да и ложки в них торчат.
Все, чего душа желает, -
Подымается горой:
Рот вспевало разевает
Да сказать не успевает
Ешь, ребята, пей… да пой!
Что же они запоют, покорно прошу объяснить мне, слуге вашему — Вы думаете, может быть, что
Московский наш народ
Не забыл старинну песню,
Как с Андреева на Пресню
Потянулся хоровод?
…Пишу на чужой бумажке, в канцелярии… а почта идет и не ожидает»126.
Львову советовали отдохнуть. Новоторжец Дмитрий Маркович Полторацкий, из поместья Грузины, беседовал о состоянии здоровья Львова с лейб-медиком И. С. Рожерсоном и сообщал в письме к жене от 11 января 1801 года, что доктор «очень о нем интересуется». Рожерсон считался в России крупнейшим врачом. Он высказался весьма категорично: «Николаю А. надобно советовать итти в отставку…и другого к исправлению его здоровья не находит»127.
Но что значит: в отставку?.. Бросить училище, бросить каменный уголь, бросить торф, и серу, и картон?.. Бросить архитектуру?., книги?., стихи?.. Да разве это возможно?
Нет, воля к труду, жажда деятельности победила.
ГЛАВА 6
1801–1803
В ночь с 12 марта на 13 марта 1801 года в Михайловском замке был задушен император Павел I.
Государственный аппарат переменился. Обольянинов в первый же день нового царствования был арестован, потом выпущен и вслед за тем отправлен в отставку. Ростопчин, впавший в немилость еще при Павле, в столицу больше не возвращался. Горизонт как будто очистился…
Львов налаживал угольные разработки и хозяйство Училища, которые пришли за время его болезни и полный упадок. Наезжал в Москву, там любил проживать в старой своей квартире на Воронцовом поле, поближе к заветному месту, где был не так уж давно заложен дом светлейшим князем Безбородко…
Львовым был создан проект надгробного памятника светлейшему: многофигурная группа — Слава и Правосудие, Гений мира с оливковой ветвью в руках, в центре — барельеф Безбородко, Главная цель — увековечить его как деятеля в области международной политики. В 1801 году памятник был отлит из бронзы Ж.-Д. Рашетгоми торжественно водружен над могилой Безбородко в Александро-Невской лавре.
На Воронцовом поле Николай Александрович написал как-то письмо со стихами и послал его — опять в Прямухино, Бакунину, Александру Михайловичу…
Письмо значительно для биографии Львова — оно показывает его состояние духа после болезни, свидетельствует о непокорности судьбе.
«У Николы Воробина после смертельной моей болезни послание начерно к А. М. 1801 окт. 1-го
Три нет
Так вышло и право без намерения.
Слуга твой (всепокорный) Львов
Услышать звон колоколов,
Увидеть Пузыри и Плошки;
Москву тетьоху впопыхах,
По Тюфельской дорожке
Приплыл на костылях
И у Николы поселился,
В Воробине, на тех горах,
Где дом светлейшего затмился,
Живущего в благих делах!
В пустынных, под осень торжественных местах
Унылый некий дух возлег и водворился -
На падших я припал листах,
На хладный камень облокотился,
Глазами спрашивал, и общий был ответ:
Нет!
«Зачем не он? а я остался?
Без титла и заслуг
На новый круг
Вдругорядь в тот же свет забрался?
И как в знакомых мне местах
Не вижу много лиц знакомых?
Что это все? все прах да прах!
Все кучи камней… насекомых…
Иль стал могильник общий… свет?
Нет:
Надежда в сердце отвечала.
Неведом и конец нам вечности начала,
Доколь сестра моя Любовь
Блаженство смертных согревает;
Не разрушается ничто, ничто не исчезает!
…Начало вещества и всех веществ конец,
Источник вечных благ и вечности венец,
Сияет
И тебе, как непреложный свет.
Ступай… так как-то сам собой,
Не знаю, мой ли, иль чужой,
Сам прозвучал ответ:
«Душа моя туда желает,
А с телом бьют челом и говорят, что Нет,
Что дальняя, дескать, дорога,
Что здесь кое-какая дружба есть,
Любви и много, много…
…Постой, дай здесь поосмотреться.
Дай кое-что сделаю, поправлю, разочтуся,
Иному заплачу, другому дам взаймы
(Сам только не возьму и нищенской сумы),
А там, как делом надорвуся,
Устану… вдоволь налюблюся,
Поставлю жизни я чертой:
Как скучно будет мне и дома,
Тогда мне этот свет худой -
Постой.
Дорога и в другой
Знакома.
Вечернею порой
Я в путь расположуся,
И в чистую отсель отставку попрошуся.
Потом,
Раненько пробудяся,
Оденусь налегке и, богу помоляся,
С любимыми прощусь
И только что с одной
Женой
Не разлучусь,
Но узел проглочу сердечной…
«Ребятушки, я здесь уж больше не гожусь», -
