— Идея неплохая, — кивнул Дикий Кот, и вдруг приосанился, одернул свой нарядный кафтан, который, подозреваю, он надел специально для такого случая. Умный, гад. Хочет контролировать весь процесс переговоров. — Смотри, выходят!
И в самом деле, ворота распахнулись, выпуская наружу четверку пожилых фрайманов, приодетых не хуже Кота: в разноцветных кафтанах, в новых шляпах на голове, в начищенных сапогах. Среди них узнал худощавую фигуру Локуса, а других я никогда не видел в лицо. Но, судя по всему, с ним шли Грызун, Рыжий Хлоп, Ленивый Ворчун — легенды пиратской республики, пустившие на морское дно немало купеческих кораблей и ставших головной болью для самых больших флотов Тефии.
Перед ними вышагивал какой-то незнакомый пират с застарелым уродливым ранением в районе челюсти, отчего лицо казалось искусственной маской, натянутой для устрашения людей. Он держал в руке обнаженный кортик, на кончике которого болталась белая тряпка.
— Не подскажешь, кто есть кто, кроме Локуса? — тихо спросил я Кота. — Человек я новый, в глаза их не видел.
— Хромающий ублюдок с костылем — это Грызун, — так же тихо ответил командор. Слева от Локуса идет Ворчун. С рыжими бакенбардами, низкорослый, сам Рыжий Хлоп. А с флагом переговорщиков — Красавчик. Он здесь заправляет стражей. Вроде коменданта острова.
Я вспомнил, что Призрак говорил что-то про человека с таким именем, причастного к исчезновению Мудреца. Если мой штурмовик жив, его могут использовать в качестве разменной монеты. Что попросят за него?
Красавчик остановился метрах в десяти от нас, сделал шаг в сторону, пропуская своих хозяев вперед. Наша переговорная группа осталась стоять на месте, чтобы соблюсти дистанцию.
— Кого я вижу, — взгляд хитрого Локуса пробежался по нам, остановился на Диком Коте, а потом переместился на меня. — Сам молодой Кот заявился на Мофорт, да еще притащил с собой дружков. И зачем, скажи мне, устраивать дешевое представление? Чего хотел-то?
— Переговоры будет вести Игнат, — Кот заложил руки за спину, как будто полностью отстранялся от общения. — Я здесь по другим делам.
— Игнат? — Локус сфокусировался на мне. — Как же, помню. Не ты ли стал победителем ристалища в прошлом году? Великолепное представление, молодой человек. Но я хотел бы услышать причину вашего появления на острове, да еще с таким невообразимым шумом. Устроили переполох, людей перебили… Ради чего?
— Я уполномочен заявить от лица всех действующих командоров, что ваше правление на Керми подошло к концу, — мрачно пояснил я. — Отныне Старейшины не имеют права влиять на решения Совета фрайманов, как было до этого.
— Отрастили клыки, волчата! — рыкнул Рыжий Хлоп, тряся головой. Его неухоженные бакенбарды встопорщились как иглы ежа. — Говорил я, самим назначать надо командоров! Упустили поводок!
Рука Локуса взлетела вверх, призывая Хлопа замолчать.
— Поясни, юноша, почему нас отстраняют от дел Вольного братства? Кто, как не мы, стали его основателями, и как гласит устав, имеем право голоса.
— С тех пор, как вы тайно снюхались с дарсийцами и выполняете их желания и решения, — спокойно сказал я.
Старейшины зашипели словно гадюки при виде угрозы.
— Вы откровенно показываете свое наплевательское отношение к военной стратегии Братства, неоднократно отказывались от нападения на «золотой караван», который мог значительно улучшить финансовое состояние каждого брата.
— «Золотой караван» — недосягаемая цель, мой мальчик, — снисходительно улыбнулся Локус. — Чтобы победить дарсийцев в открытом бою, необходимо иметь помимо желания столько же вооружения, сколько есть на борту только одного адмиральского флагмана. Да и то сомнительно, что одолеем хорошо обученных моряков. Мы потеряем весь флот, не добившись успеха. Зачем втягиваться в заранее провальную авантюру?
— Победить можно любого противника, было бы желание, — отрезал я. — Люди до сих пор верят вам, но, если они узнают о предательстве Старейшин, так легко не отделаетесь.
— Доказательства, щенок! — пристукнул костылем Грызун, и зло ощерившись, попытался подойти ко мне ближе. Но Локус повадки своего кореша знал хорошо и ловко перекрыл ему путь.
— Игнат, ты понимаешь, что своим обвинением ставишь себя в положение изгоя? Без доказательств мы можем вызвать тебя на дуэль. Правда, не сами будем махать клинками, а выставим бойца.
— Я могу, — криво ухмыльнулся Красавчик.
— Сторожевым псам слова не давали, — заткнул я его, и Красавчик побурел от злости. — А если по доказательствам… Я сейчас назову только одно имя, которое вам знакомо.
Сделав паузу, поглядел на Локуса. Старый проныра был спокоен как вырезанный из гранита божок. Неужели вывернется?
— Лорд Торстаг любезно подсказал мне, где искать причины вашего упорного нежелания сорвать золотой куш, — я блефовал, потому что королевский советник не дал ни малейшей зацепки. На свой страх и риск я собирал информацию у разных людей, но и этого было достаточно, чтобы поставить знак «плюс» в нужном месте.
