Мы с Рафаэлем стояли у входа в заброшенный отель, который казался монументом всему гнилому, что произошло в наших жизнях. Его покосившиеся стены, покрытые мхом, и тишина, которую нарушали только крики птиц и шепот ветра. Рафаэль остановился и взглянул на меня.
– Ты готова? – тихо спросил он.
– Готова, – ответила я, хотя на душе было тяжело.
Мы вошли в отель, запах сырости и гниющего дерева сразу ударил в нос. Тени от фонаря Рафаэля метались по стенам, рисуя причудливые силуэты, словно само здание наблюдало за нами. Где-то впереди слышались приглушенные стоны, которые я сразу узнала. Это был Даниэль. Мы переглянулись, Рафаэль взял меня за руку. Превозмогая страх, мы вошли в помещение, откуда доносились голоса.
София стояла в центре просторного зала, освещенного единственным лучом света, пробивавшимся через пролом в потолке. Даниэль, связанный и избитый, сидел у ее ног. Он был таким бледным, как луна на рассвете, а губы дрожали от боли и слабости.
– Добро пожаловать на шоу! – произнесла София, ее голос прозвучал как победный клич. Она подняла пистолет и направила его в висок Даниэля. – Один неверный шаг и ваш друг останется в отеле. Навсегда!
Рафаэль сжал мою руку так крепко, что я почувствовала, как его пальцы впились в мою кожу.
– София, отпусти его. Мы пришли. Я сделаю все, что ты хочешь, только отпусти его, – сказал он, стараясь говорить спокойно, хотя его голос слегка дрожал.
– Что я хочу? – она громко рассмеялась. – Я хочу, чтобы вы страдали так же, как страдала я!
Она указала пистолетом на массивную бетонную балку.
– Наручники, – приказала она, улыбаясь своим победным оскалом. – Пристегивайтесь к балке. Или он умрет прямо сейчас.
Мы с Рафаэлем обменялись короткими взглядами. Ситуация казалась безвыходной, но у нас был план. Мы медленно подошли к балке, взяли наручники и сделали вид, что выполняем приказ.
София была настолько поглощена своей местью, что сделала непростительную ошибку – не обыскала нас. Я незаметно достала пистолет из-под куртки и замерла на мгновение, решая, когда действовать.
– Быстрее, Алиса! – рявкнула она, подходя ближе.
В этот момент Рафаэль вытащил свой пистолет и едва заметно кивнул мне. Все произошло в считанные секунды.
София выстрелила первой, но Рафаэль успел оттолкнуть меня в сторону. Я услышала, как пуля прошла мимо моего уха и ударилась в бетонную колонну позади.
– Ты думаешь, я позволю вам уйти?! – кричала она.
Рафаэль отпрыгнул в сторону и, прижавшись к стене, стал стрелять в ответ, началась настоящая перестрелка. Пули свистели, рикошетя от стен, а эхо выстрелов заполнило весь зал. Даниэль лежал на полу, пытаясь отползти, чтобы не попасть под огонь.
Я выхватила свой пистолет и попыталась прицелиться, но она была слишком быстра. В какой-то момент я услышала глухой выстрел, и София пошатнулась. Рафаэль попал ей в бок, но она все еще сжимала пистолет. Ее полные ярости глаза встретились с моими, и она направила оружие прямо на меня.
– Алиса, на пол! – Рафаэль среагировал первым. Один выстрел, и она рухнула на колени, выронив оружие. Пуля попала ей в грудь.
– София! – воскликнул он и тут же бросился к ней.
Я осталась стоять на месте, не в силах поверить, что все это происходит на самом деле. Я видела, как он опустился рядом с ней, поддерживая ее голову. Ее рыжие волосы разметались, словно огненная корона вокруг головы. Она тяжело дышала, и каждый вздох давался ей с трудом. Кровь медленно растекалась по бетонному полу. Ее лицо, гневное всего минуту назад, теперь было переполнено болью и какой-то странной покорностью.
– София… – тихо произнес он, наклоняясь ближе.
Ее глаза постепенно угасали. В них уже не было прежней ненависти, только безмолвная грусть. Она с трудом подняла руку, чтобы коснуться его лица.
– Рафаэль, – прошептала она едва слышно. – Я ненавидела тебя… так сильно. Но… больше всего я ненавидела себя… за то, что не могла изменить.
Горло перехватило, он сжал ее руку, словно пытаясь удержать здесь, в этой жизни хотя бы на мгновение дольше.
– Прости меня, София, – сказал он дрожащим голосом. – Прости за ту боль, что я причинил тебе. Я был таким глупым. Если бы я знал тогда…
Ее губы дрогнули в слабой улыбке.
– Ты всегда был глупым, Рафаэль, – она закашлялась, но все равно продолжила. – Но тогда я любила тебя. По-настоящему. Даже когда ты смеялся… Даже когда ты забыл меня.
Рафаэль закрыл глаза, стиснув зубы, чтобы сдержать эмоции.
– Прости, – прошептал он. – Я был слишком глуп, чтобы увидеть, какой ты была.
Ее пальцы слабо сжали его руку.
– У меня было… так много времени, чтобы ненавидеть тебя, – с трудом произнесла она, сделав глубокий вдох. – Но в глубине души… я всегда хотела, чтобы ты заметил меня. Хотела услышать, что ты сожалеешь о своих поступках.
– Я сожалею, София, – с болью в голосе ответил он, – обо всем, что сделал тогда. О том, что привел тебя к этому состоянию…
Ее глаза на мгновение закрылись, словно она собиралась уйти, но сделав усилие, она снова взглянула на него.
– Рафаэль… – ее голос становился все слабее. – Живи… ради нее. Ради той, которая дала тебе вторую жизнь.
Ее ладонь ослабла, пальцы разжались.
– Прощай, Рафаэль…
Ее последние слова были еле слышны, но они навсегда останутся в его сердце. Рафаэль сидел рядом с ней, его глаза были полны слез, которые он не мог позволить себе пролить.
Он наклонился и тихо прошептал:
– Я не забуду тебя.
Я стояла в стороне, наблюдая за ними. Несмотря на все, что София сделала, ее уход оставил в душе гнетущую пустоту. Женщина, которая любила до последнего вздоха, одновременно ненавидя себя за эти чувства. Это был финал, которого, возможно, никто из нас не хотел.
Рафаэль поднялся, но его взгляд все еще был прикован к Софии. Он выглядел так, будто часть его самого осталась лежать рядом с ней.
Я подошла к нему и осторожно коснулась его плеча. Он повернулся, посмотрел на меня взглядом раненого льва и крепко обнял, словно боясь потерять и меня тоже.
Вместе мы подошли к изможденному Даниэлю, лежащему на бетонном полу, и подняли его. Дрожащими пальцами я торопливо развязала веревки на его запястьях. Когда последний узел поддался, он слабо кивнул мне, и мы молча обнялись. На мгновение я почувствовала, как все страхи и боль, которые копились внутри, отпустили меня.
– Ты как, старик? – Рафаэль потрепал его по плечу.
Даниэль хрипло выдохнул, опираясь на нас обоих, чтобы не упасть.
– Видел дни и получше, – произнес он с кривой улыбкой, затем посмотрел на тело Софии, лежащее неподалеку. – Она больше не будет нас преследовать?
Рафаэль печально опустил взгляд и тихо ответил:
– Не будет.
Я огляделась. Пыль, выбоины от пуль на стенах, металлический привкус крови на губах и запах пороха, витающий в воздухе. Все это казалось кошмарным сном, но нас ждала новая проблема.
– Нам нужно уходить, – сказала я. – Мартин все еще на свободе.
Рафаэль поднял голову, и наши взгляды встретились.
– Согласен. Уходим.
Мы вывели Даниэля из зала, поддерживая его с обеих сторон. Каждая секунда растягивалась до бесконечности. За дверью нас встретили лишь звуки ночи и соленый ветер с океана.
– Есть идеи, как выбраться отсюда? – тихо спросил Даниэль.
Рафаэль указал на нашу машину, стоящую в темноте у дальней стены здания.
– Держись, друг. Мы вывезем тебя отсюда.
Мы осторожно шли по заросшим тропинкам, стараясь не шуметь. Под ногами хрустело битое стекло, а над головой мелькали обломки отеля, словно предупреждая, что здание скоро рухнет.
Когда мы почти дошли до машины, тишину разорвал звук мотора. Я обернулась, и кровь резко отхлынула от моего лица. Из-за угла, как тени, вынырнули черные внедорожники с выключенными фарами и остановились всего в нескольких метрах от нас.
***
– Бежать уже поздно, – хрипло произнес Рафаэль, вытаскивая пистолет.
– Черт, – прошептала я, чувствуя, как адреналин вновь охватывает все мое тело.
Мартин вышел из первого внедорожника. Его лицо было перекошено от гнева.
– Думаете, все так просто? – произнес он, его голос эхом разнесся по переулку. – Убили Софию, а теперь хотите просто сбежать?
Рафаэль шагнул вперед, заслоняя меня и Даниэля.
– Это твой выбор, Мартин, – сказал он сухо. – Если хочешь продолжать, будет только хуже для всех.
– Ты убил ее! – Мартин достал пистолет, направив его прямо на Рафаэля. – Она была для меня всем! И что ты оставил мне?!
– Она сделала свой выбор, – ответил Рафаэль, не двигаясь с места.
Я почувствовала, как холодеют мои руки. Напряжение витало в воздухе, и в любой момент все могло стать еще хуже.
– Оружие на землю, – злобно прошипел Мартин.
У нас не было времени на болтовню. Все зависело от того, кто сделает первый шаг. Я стиснула свой пистолет в руке и сделала глубокий вдох. Если это конец, то я сделаю все возможное, чтобы он не стал нашим.
В следующую секунду разъяренный Мартин набросился на Рафаэля, словно бешеный бык на красную ленту. Я даже не успела поднять оружие, все произошло слишком быстро. Они оба упали на землю, поднимая пыль и обломки. Мартин, как зверь, пытался подмять Рафаэля под себя, вытаскивая нож.
– Рафаэль! – закричала я, поднимая пистолет, но руки предательски дрожали.
Я видела, как Рафаэль с трудом перехватил его руку, отводя лезвие, которое приближалось к его горлу. Все происходило словно в замедленной съемке.
И вдруг в ночной тишине раздался визг шин. Я обернулась и увидела, как два черных внедорожника подлетели к переулку. Из машин выпрыгнули люди в черных костюмах, а за ними вышел мой отец Сергей Орлов.
– Ложись! – рявкнул он, направляя пистолет на Мартина.
Воспользовавшись заминкой, Рафаэль резко оттолкнул Мартина и перекатился в сторону. В тот же миг раздался оглушительный выстрел. Мартин замер, его глаза расширились от боли и удивления. Он схватился за бок, сидя на коленях, словно только упрямство удерживало его на земле. Сергей быстро подошел и направил пистолет прямо в голову Мартина.
– Ты уже мертв, Мартин, – холодно произнес мой отец. – Но если у тебя есть что сказать, говори сейчас.
Мартин тяжело дышал, истекая кровью. Он с трудом поднял голову, на его лице читались ярость и отчаяние.
– Видиан… – прохрипел он. – Ты думаешь, что его нет. Что он погиб. Но это он… он стоит за всем этим! Он жив, черт вас возьми!
Эти слова обрушились на нас, как гром среди ясного неба.
– Что ты сказал? – Рафаэль поднялся на ноги, его голос дрожал от гнева и шока.
– Это невозможно, – выдохнула я, чувствуя, как холодок пробежал по коже.
Мартин скривил губы в улыбке, его зубы были красными от крови.
– Да, Видиан. Это он. Он заставил меня работать на него. София тоже была его марионеткой… Мы все были его пешками. Он инсценировал свою смерть, чтобы убрать конкурентов, чтобы стать тенью, – Мартин накренился, но отец не позволил ему упасть, схватив за шиворот. – Видиан использовал всех нас, а потом бросил.
– Где он? – резко спросил мой отец.
– Ты никогда его не найдешь, – усмехнулся Мартин и, тяжело дыша, посмотрел на Рафаэля. – Он уже знает, что вы пойдете за ним. И он придет за вами первым.
Мартин рухнул на землю, его тело обмякло, а глаза затуманились. Отец выпрямился, его лицо оставалось холодным, но я знала, что внутри его разрывает от гнева.
– Это многое объясняет, – тихо сказал Рафаэль, все еще тяжело дыша после схватки.
– Слишком многое, – согласилась я, пытаясь осознать услышанное.
– Видиан… – отец произнес это имя с таким презрением, что меня передернуло. – Он присвоил мои деньги, подставил под удар жизнь близких мне людей. Я верну свое, Алиса, он заплатит за все.
– Мы вернем, – поправил Рафаэль.
Я посмотрела на них обоих, и мое сердце сжалось от волнения. Видиан был гораздо опаснее, чем Мартин и София со своими головорезами. Но тут либо мы, либо он, третьего не дано.
– Ты не обязана идти с нами, – сказал Рафаэль, глядя на меня, но он уже знал мой ответ.
– Ты не избавишься от меня, Рафаэль, – произнесла я, стараясь скрыть дрожь в голосе. – Если ты идешь, я иду с тобой.
Рафаэль тревожно посмотрел на меня, в его глазах я увидела страх за меня.
– Алиса, ты уверена?
– Более чем, – ответила я.
В этот момент к нам подошел Даниэль, опираясь на телохранителя отца.
– Я в деле.
Мой отец кивнул, словно собирая нас всех в одну команду.
– У нас мало времени. Он наверняка знает, что теперь мы будем его искать, – ответил отец. – Но на этот раз я не промахнусь.
Мы стояли посреди ночи, окруженные телохранителями. Кадек Видиан был нашим следующим шагом, и я знала, что вместе мы добьемся справедливости. Четверо против одного – не так уж и мало.