Белый песок нежно хрустел под моими босыми ногами, когда я, держа отца под руку, медленно шла к морю. Перед нами раскинулась бескрайняя лазурная гладь Карибского моря, а легкий ветерок трепал край моего воздушного белоснежного платья. В воздухе витал аромат тропических цветов и едва уловимый шлейф моих духов. Солнце ласково касалось моих плеч, а сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.
Рафаэль стоял у импровизированной арки из бамбука. Белые и розовые орхидеи обвивали ее, словно тропические лианы. Он смотрел на меня не отрываясь, и этот взгляд, полный любви и нежности, был красноречивее любых слов.
– Ты прекрасна, – прошептал отец мне на ухо, когда мы остановились у арки.
Я улыбнулась ему и, отпустив его руку, подошла к Рафаэлю.
– Ты выглядишь невероятно, – прошептал он, очарованный ее юной красотой. – Нервничаешь? – тихо спросил он, взяв меня за руки.
– Нет, – честно ответила я. – Я просто счастлива.
Священник с улыбкой открыл церемонию словами о том, как важно найти близкого человека и чувствовать себя с ним на одной волне. Но все его слова звучали для меня как далекий гул. Я видела только Рафаэля. То, как ветер игриво треплет его темные волосы. Его губы, слегка приподнятые в улыбке. Мы прошли через ад и вернулись живыми вместе, и теперь у нас было будущее, которое мы построим своими руками.
– Алиса, – произнес Рафаэль, его бархатистый низкий голос заставил мое сердце биться еще сильнее, – я клянусь, быть с тобой до конца. Что бы ни случилось, я не оставлю тебя ни в радости, ни в горе. Ты моя любовь, мой свет и моя свобода.
– Рафаэль, – ответила я, – я клянусь быть с тобой всегда. Ты научил меня любить, бороться и не бояться. Я клянусь быть твоей поддержкой и твоей семьей. До конца.
– До конца, – повторил он, улыбаясь.
– Если ни у кого нет возражений, то я с радостью объявляю Рафаэля Маркоса и Алису Орлову законными супругами! – торжественно произнес священник. – Можете поцеловать невесту.
Рафаэль шагнул ближе и обняв меня, притянул к себе. Его поцелуй проникал в каждую клеточку моего тела, в нем было столько жизни, столько любви, столько счастья, которое мы так долго искали и, наконец, вот оно в наших руках.
Позади нас раздались аплодисменты, и я услышала, как Даниэль с усмешкой воскликнул:
– Ну наконец-то!
Мы оба рассмеялись, не отрываясь друг от друга.
После церемонии мы отправились на небольшую вечеринку прямо на пляже. Все было идеально: столы с белыми скатертями, гирлянды из разноцветных огоньков и музыканты, играющие тихую мелодию на гитаре. Я сидела в шезлонге, держа в руках бокал с шампанским, и наблюдала, как Рафаэль, смеясь, пытается уговорить Даниэля потанцевать с одной из подружек.
– Ты победила, Алиса, – услышала я голос отца позади себя.
Я обернулась и с улыбкой посмотрела на него. Несмотря на свой строгий вид, он выглядел по-настоящему довольным и расслабленным.
– Победила? – переспросила я.
– Победила свою судьбу, – ответил он, присаживаясь рядом со мной. – Ты всегда была упрямая. И это в итоге спасло тебя.
Я снова улыбнулась и перевела взгляд на Рафаэля. Он заметил это и, подняв бокал, подмигнул мне.
– Ты гордишься мной? – спросила я, снова повернувшись к отцу.
– Больше, чем ты думаешь, – серьезно ответил он. – Но больше всего я рад, что ты наконец-то нашла того, кто будет тебя беречь.
– Я знаю, пап. Он мой, – произнесла я с улыбкой, глядя на своего новоиспеченного мужа. В душе была на сто процентов уверена, что теперь не отпущу его никогда, что бы там ни задумала вселенная.
Когда солнце уже садилось за горизонт, Рафаэль подошел ко мне и протянул руку.
– Потанцуем, миссис Маркос?
– Непременно, мистер Маркос! – ответила я, смеясь, и легко вложила свою руку в его ладонь.
Мы кружились на теплом песке, словно в мире не существовало никого, кроме нас. Солнце медленно растворялось в лазурных волнах Карибского моря, окрашивая небо в нежно-розовые и бардовые оттенки. Вокруг нас горели факелы, а издалека доносилась живая и романтичная музыка, такая настоящая, почти первобытная.
Рафаэль крепко обнимал меня, словно боялся отпустить даже на мгновение. Я смотрела в его глаза, бликующие в свете огней, глаза, которые были темнее любой ночи, и не могла надышаться своим счастьем.
– Знаешь, – тихо произнесла я, склонив голову к его плечу, – если бы мне когда-то сказали, что я выйду замуж на одном из солнечных пляжей Карибских островов и буду танцевать босиком на песке с тобой, я бы ни за что не поверила.
– А я бы поверил, – усмехнулся Рафаэль, его голос был таким мягким, словно шелк. – Я всегда знал, что ты моя судьба. Просто понадобилось время, чтобы мы это поняли.
Я подняла голову, там, в глубине его глаз, было столько всего: любовь, нежность, трепет и обещание, что мы справимся с любым ураганом, который преподнесет нам жизнь.
– Ты так уверен в нас? – спросила я, едва заметно улыбнувшись.
– Не в нас, – поправил он, нежно убирая прядь волос с моего лица. – Во мне. В тебе. В том, что когда мы вместе, нам ничего не страшно. Алиса, я бы прошел через ад еще тысячу раз, если бы в конце меня снова ждала ты.
Я провела пальцами по его щеке и прошептала:
– Я люблю тебя, Рафаэль.
– А я люблю тебя, Алиса.
Мы остановились, он склонился ко мне, касаясь моих губ так трепетно, так ласково, что все внутри меня раскрылось навстречу ему, словно дикая роза под лучами весеннего солнца. Этот поцелуй не был отчаянным, как раньше, когда мы боролись за жизнь и не знали, увидим ли друг друга завтра. Этот поцелуй был обещанием. Обещанием счастья. Обещанием будущего.
Я крепко обняла его и прижалась к нему, словно хотела раствориться в нем, до конца, без остатка. Он был моим домом, единственным местом на земле, где я чувствовала себя в безопасности.
– Что будет дальше, Рафаэль? – спросила я, когда мы продолжили свой танец.
– Дальше? – он улыбнулся и легко подхватил меня на руки, подняв над головой. – Мы построим свой мир. Может быть, это будет маленький домик у моря или просторный особняк в одной из столиц мира – решать тебе. Каждое утро я буду готовить тебе кофе, а ты будешь ворчать, что я добавил слишком много сахара.
– Ты и так знаешь, что я люблю горький, – засмеялась я.
Он осторожно опустил меня рядом с собой, нежно обняв за плечи.
– Но это же я, – пожал он плечами, с озорным блеском в глазах. – Я хочу сделать тебя самой сладкой, если ты не возражаешь.
– Наглец, – усмехнулась я и снова прижалась к нему.
Он наклонился, нежно прижимая губы к моему виску.
– Только ты, Алиса, – прошептал он. – Только ты и я.
Мы просидели у костра до глубокой ночи, слушая шепот волн и молча наслаждаясь тишиной. Я положила голову ему на плечо, а Рафаэль рисовал пальцем невидимые узоры на моей ладони.
– Слышишь море? – вдруг спросил он, нарушая тишину.
– Да, – кивнула я.
– Оно как мы – бесконечное, свободное, живое.
Я улыбнулась и закрыла глаза. Наверное, счастье – это именно так. Просто сидеть рядом с человеком, который стал твоей судьбой, и знать, что впереди нас ждет целая жизнь.
– Рафаэль?
– Ммм?
– Обещай мне, что ты больше никогда не будешь рисковать своей жизнью и влезать в дикие авантюры.
Он сжал мою руку:
– Обещаю. Если ты пообещаешь быть рядом.
Я подняла голову и взглянула на него. В этот момент я знала: как бы ни сложилась наша жизнь, мы проживем ее вместе.
И этого было достаточно, чтобы почувствовать себя самой счастливой женщиной на земле.
***
Бар на берегу был почти пуст, лишь несколько туристов лениво потягивали коктейли, наслаждаясь теплым ветерком. За угловым столиком сидели Сергей и Даниэль, над ними покачивались бумажные фонарики. Оба выглядели расслабленными. Виски был уже не первым, а разговор зашел в тупик.
– Я тебе говорю, Алиса первая запала на Рафаэля, – настаивал Даниэль, поигрывая стаканом. – Это же очевидно! Как она на него смотрит… С самого начала.
– Даниэль, – Сергей мягко поставил свой бокал на стол. – Я знаю свою дочь как никто другой. Это она всегда всех держит на крючке.
– Вот поэтому ты ничего не понял, дружище, – усмехнулся Даниэль. – Алиса держит на крючке всех, кроме него. Он для нее исключение.
– Исключение? – фыркнул Сергей. – Ты романтик, мой друг. Она просто… любит играть.
– А он ей не дал играть, вот в чем дело, – поддел его Даниэль. – Он сразу понял, кто она, и поставил на место.
Сергей рассмеялся:
– Рафаэль? Поставил на место мою дочь? Даниэль, ты пьян.
– Ты же только что весь вечер пил со мной, – заметил Даниэль, поднимая бокал. – Так что не умничай.
В этот момент на столе завибрировал телефон Сергея. Он медленно взял его, разблокировал и открыл новое сообщение, ожидая увидеть очередное поздравление. Но то, что он увидел, заставило его резко отрезветь. На экране появилась фотография – темная тюремная камера с распахнутой дверью. Пустая.
Сергей стиснул зубы и медленно пролистнул на вторую фотографию. Это была записка, снятая крупным планом. Простой, но до дрожи наглый текст: «Поймай меня, если сможешь! К.В.».
Они переглянулись, словно вернулись в самую гущу событий, забыв про отдых. Спустя мгновение оба уже направлялись к машине, оставляя бар позади.