Погода была отличной. Легкая прохлада создавала бодрое настроение. Я немного волновался. Как оно пройдет, как будут действовать войска и техника, не будет ли какого-либо ЧП. Особенно волновался за авиацию. Объекты ударов были намечены почти на переднем крае, а предусматривалось бомбометание не только с СУ-17 (22), но и с АН-26. Мы сидели вместе с министром обороны. Я его проинформировал о поездке в Москву, передал приветы от МО СССР Д. Ф. Устинова, Н. В. Огаркова, С. Л. Соколова, А. А. Епишева.
Учение началось с постановки задач и указаний по взаимодействию. Это длилось 30 минут. На карте замысла и схемах офицер ВНА подробно комментировал замысел действующих подразделений полка. Затем началась огневая подготовка. Артиллерия и авиация действовали хорошо. Была очень наглядно показана мощь современных средств, удачно действовал дивизион 37 мм зенитных орудий и ПЗРК. ПТУР подкачали. Из 4-х пусков в цели попало два снаряда. Были недостатки и в действии самолетов и вертолетов. Они плохо использовали складки местности, слишком далеко заходили в глубь обороны противника и поздно отворачивали на 180# для ухода на свою территорию. Мы обменивались мнениями с МО по этим вопросам.
К 12.00 первая позиция была прорвана и надо было перемещаться на вторую точку. Министр обороны не мог дальше присутствовать на учении, в связи с заседанием политбюро и попрощавшись, уехал, выразив свое удовлетворение ходом учения. Старшим остался товарищ Ле Чон Тан. Мы переместились на вторую точку, с которой наблюдали отражение контратаки, ввод в бой 2-го эшелона и развитие наступления в глубину. Все было хорошо. Все были очень довольны проведенным этапом учения с боевой стрельбой.
К 16.00 мы возвратились на вертолетах в Ханой. В 18.00 надо было быть на торжественном собрании в клубе, который арендовало посольство. После торжественного собрания ожидался концерт украинских артистов, гастролировавших в это время в Ханое. Все прошло хорошо. Концерт был удачным и принес удовлетворение, но было очень жарко, а мы все сидели в шерстяных костюмах.
С утра 6 ноября работал в штабе. В 19.00 прием в посольстве в ресторане "Ханглой" (Победа). Прием прошел хорошо. На приеме присутствовали руководители КПВ, правительства и представители посольств социалистических и дружеских государств. Было очень жарко. Прием длился свыше 2-х часов. На приеме присутствовало около 650 человек.
К 65-летию Великой Октябрьской Социалистической революции было закончено строительство вьетнамскими строителями административного здания представительства главного военного советника и мы 7 ноября решили пригласить на его открытие вьетнамских друзей во главе с начальником генерального штаба генерал-полковником Ле Чонг Таном. Их должно быть 12 человек, да наших 12, всего 24 человека. Подготовили стол, подарки для вручения вьетнамским друзьям. Встреча намечалась на 10 утра. Мы встретили гостей у подъезда нового штаба ГВС при МНО СРВ. Они в этом здании еще не были и был удобный случай поблагодарить министерство обороны за строительство штаба и проявленную заботу. В течение 40-50 минут мы осматривали штаб, а затем зашли в комнату, где уже был накрыт стол. Генерал-полковник Ле Чон Тан произнес официальный тост. Затем произнес официальный тост и я. Обстановка за столом была непринужденной. Все чувствовали себя хорошо и свободно. Вьетнамские товарищи произносили, как принято говорить за последнее время, локальные тосты. Я не люблю произносить официальные тосты и не чувствовал удовлетворения. Мне очень хотелось произнести еще один тост перед концом нашей встречи. Когда желающих произнести тост уже не было, я произнес тост, выделив в нем особое место достижения нашей партии, правительства, нашего народа в области пролетарского интернационализма, дружбы народов. Мне удалось произнести его с большим чувством, которое было не наиграно, а естественным. Некоторые вьетнамские товарищи расчувствовались. Я был рад, что сумел донести эти чувства до присутствующих, для которых вопросы пролетарского интернационализма являются главными в наших братских отношениях. Вскоре подали чай и кофе, мы вручили подарки и попрощались. Вьетнамские товарищи высоко оценили нашу душевную встречу, непринужденность обстановки, братскую атмосферу, которая была создана.
После обеда мы смотрели по телевидению парад и демонстрацию в Москве. Она шла на русском языке, что редко бывает при передачах вьетнамского телевидения. У нас было чувство, что мы тоже на Родине в Москве.