В кастрюлю из истонченной проволоки сделал сетку. Дед узрел мой станок для вытяжки проволоки, радостно поматерился, начал потирать руки. Оказалось, тут проволоку тянули через специальную металлическую пластину с кучей разных дырок. Они ее волоком называли, тянули сначала через самую большую, потом через поменьше, ну и так далее, пока не получали нужной толщины. Адская работенка. У меня лучше и быстрее. Дед планировал увеличить выход проволоки, когда мы на выделку железа свою перейдем, он на это искренне надеялся. Я же даже боялся идти к болоту, где Первуша выделывал крицы. Чтобы в депрессию не впадать. Местная металлургия, по рассказам, представлялась мне чем-то страшным, трудным, и непонятным.
Когда пришли наши барышни из леса, за ягодами ходили, мы им продемонстрировали устройство для варки иголок. Моему современнику оно бы больше всего напомнило бы фритюрницу. В сетку закладываешь иголки, сетку в кастрюлю, накрыть крышкой, придавить ее камнем, и знай себе дрова суй в печку. Потом за специальную ручку достаешь сетку, и вынимаешь варенные иголки на просушку. Опробовали. Кастрюлю долго доделывал, постоянно что-то протекало. Хорошо хоть она достаточно плотно стояла в каменном пазу печи, не заливала огонь.
Наварили иголок, посушили их, и дальше процесс встал. Их надо было мять, мяли кривой палкой. Долго и в ручную. Сделал им валики специальные, последнюю кожу на них перевел и пустил подошву от кроссовок на резиновую оплетку. Из валика выходили достаточно ровные давленные полоски иголок. Только аккуратно подавать надо было, да от смолы чистить периодически. Но это не страшно — после мучений с кастрюлей работа с деревом, даже такая мелкая и тонкая, приносила удовольствие. Валики получились сантиметров десять в ширину. Наделали барышням сырья килограмм двадцать. Они застонали — им из этого иголки выбирать еще месяц, глаза портить, да ногти сбивать на руках. Долго исследовал получившиеся «Игольные пластинки», пытался понять, что держит волокна. Пришел к выводу, что это смола. А смола это что? Правильно, канифоль, любой, кто паяльник в руках держал, знает. А чем канифоль растворить можно? Точно! Спиртом! Я с тоской посмотрел на оставшуюся как НЗ бутылку водки. Не-е-е-е, так дело не пойдет.
С дедом решали сложную, комплексную задачу. Как сделать самогонный аппарат. Принцип я ему объяснил, надо ставить брагу. Дед сказал, что не вопрос, литров пять к октябрю он сделает. Я затосковал, хотелось побыстрее. Помешал угли в костре. Думал, где взять спирт. Мне бы даже из табуретки подошел. О! Вспомнил! Как там наш Ваня-химик говорил, когда мы пытались углей и розжига купить для шашлыков? «Ни рубля капиталистам! Они бревно за червонец берут, в печку суют, пиролиз, мать его так, конденсат собирают, потом спирт древесный, нам за стольник продают как жидкость для розжига, а уголь древесный — еще за две сотни! Сами руками наломаем, лес рядом!». Надо попробовать.
Что для этого надо? Правильно, много разной герметичной металлической тары, змеевик, посуда. Я опять застонал. Надо было делать еще несколько кастрюль, по типу тех, что я уже сделал. Тут дед еще с подошвой для берцев, мол долго, делается, придавливать сильно приходится, камни таскать. Решил первый раз в этом мире поступить как руководитель. Назначил деду на утро инструктаж по механике.
Все утро объяснял ему, как сделать валки для сдавливания той фанеры, которая шла у нас на подошвы. Уткнулись в нехватку сырья (опять!), надо как-то снимать шпон. При кинул схему, необходимые материалы, оставил деда делать основы для обоих станков, с деревом он привычный работать. Сам взял Кукшу, и пошел к «плато». Опять таскали листовой металл, половину остановки разчехвостили. Да еще и кабеля силового три метра взяли. Еле донесли, не говоря уже про то, как мы это отдирали, особенно кабель. Кабель был медный, в полиэтиленовой изоляции. И весил где-то под пятнадцать килограмм на метр.
Начались мучения с созданием трубки. На три метра кабеля у меня получилось сто пятьдесят метров проволоки диаметром полтора-два миллиметра. Пробовал накручивать на железный стержень проволоку, греть, обстукивать — трубки получались хрупкие, и пропускали воздух, не гнулись. Пробовал закапывать шов расплавленной медью — чуть не сжег кузницу, и сам чуть не сгорел. Пробовал другие варианты. Итогом стала трубка, диаметром под сантиметр, с толщиной стенок в два миллиметра. Ее делал из пучка проволок, которые сплел в пучок, нагревал до белого каления, и простукивал молотком. Из полученного стержня высверливал отверстия. Сверло делал из стальных полосок, которые отбивал долотом от уголка, из которого была сделана опора ЛЭП. Трубки получались по полметра длинной, больше не позволял тот набор сверл, которые я сделала, их было пять штук разной длинны, проходил последовательно. Очень много времени ушло на центровку — тренировался на деревянных палках похожего диаметра. Получилось двенадцать трубок. Создание баков-кастрюль пошло легче — руку набил.
