С некоторых пор Инола взяла за обыкновение присматриваться к обоим "детям" во время общественных мероприятий. Джейс вызывал у не все больше уважения. А вот Kopa все больше тревожила. Они оба не любили больших скоплений народа, ненавидели быть в центре внимания, но Джейс свою роль отыгрывал безупречно. Даже те друзья Инолы и Алехандро, которые скептически отнеслись к ситуации, не устояли перед обаянием Джейса. Да и чего греха таить, сама Инола была удивлена его ответственным подходом к делу.
Джейс явно поставил себе целью обеспечить своей семье признание в обществе и спокойное будущее, и он к этой цели шел с уверенностью бульдозера. Насколько ему это было трудно и неприятно, он не показывал, хотя Инола точно знала, что он вовсе не получал удовольствие от игры на публику. И все же он делал, что должно. Импонировало Иноле и его желание учиться. Джейс штудировал книги по этикету, экономике, политике, истории, искусству, бизнесу. К обучению у репетиторов и профессоров он явно был не готов, учитывая, как он старался скрыть от чужих глаз тот факт, что он корпел над книгами. Однако его желание расти над собой не могло не вызывать уважение.
Кора же Инолу волновала все сильнее. "Обязательную программу" Kopа обрабатывала, но разделавшись с "обязаловкой" явно сдувалась и замыкалась, даже на людных мероприятиях ища угол потише и потемнее. В такие моменты она могла выдать что-то злое, резкое или же скандальное, если ее персональные границы нарушались. Нечто подобное произошло же с этой назойливой девчонкой - женой Томаса Килгора! Подробностей Инола не знала, но видела, с каким лицом та рванула от Коры, улыбавшейся, как крокодилица.
В результате получалось, что Джейс казался лучезарным солнышком, к которому люди тянулись почти бессознательно, а вот Кора старалась создать вокруг себя кокон из тишины, полумрака и пустоты. И только Джейс мог этот кокон развеять и вернуть Кору к жизни. Он, однако, своей силой не злоупотреблял, мужественно перенимая часть бремени на себя и позволяя Коре прятаться за своей спиной. Инола знала свою дочь, та никогда не была экстравертной, но было в ней сейчас нечто большее, чем простая нелюдимость. Так забивается в угол раненый обессиленный зверь, щеря клыки на любого, кто хотя бы посмотрит в его сторону. Вот только Инола как-то успела забыть, что таких зверей было двое....
Это произошло в гостях у одного из сенаторов, пригласившего все их семейство в свою загородную резиденцию. После первичного обхода всех гостей и нескольких вежливых бесед для поддержания контактов Кора и Джейс незаметно разделились. Кора ушла в тенистую, увитую розами беседку, а Джейс остался в компании.
Инола стояла по близости от зятя, когда вкусно пахнущий дымок, поднимавшейся над жаровней внезапно сместился в сторону гостей. В тот день зажаривали целого поросенка, и у всех мгновенно проснулся аппетит от аромата сочного мяса. И только Джейс оборвал себя на полуслове и замер с таким видом, будто в него молния ударила. Инола с удивлением перевела на него взгляд и чуть не отпрянула.
На Джейса было страшно смотреть: он побледнел, как-то моментально осунулся, кожу покрыла испарина, дыхание стало быстрым, прерывистым, а глаза - такими... жуткими, дикими. Кто-то из собеседников окликнул его, спрашивая, все ли в порядке, но Джейс не ответил. Он смотрел куда-то в пустоту, стиснув зубы. Кто-то коснулся его плеча, и Джейс так сжал свой стакан, что толстый качественный пластик раскрошился, как яичная скорлупа. Инола как-то сразу поняла, что сейчас случится беда, но отреагировать не успевала. В тот же момент мимо Инолы вихрем проскочила Кора и, налетев на Джейса, вылила тому на руку свой ледяной мохито.
— Ой, какая я неуклюжая, - легкомысленно рассмеялась Кора, мертвой хваткой вцепляясь в рубашку мужа. - Ты же не сердишься на меня, mi amor? Сейчас так жарко, что немного охладиться не помешает! Ой, на одежду попало! Пойдем, я помогу замыть!
Казалось, ее трескотня моментально развеяла ауру надвигающейся катастрофы. Люди в5овь улыбались и шутили. И только Инола видела по-прежнему дикие глаза Джейса и напрягшиеся мышцы рук Коры, пытавшейся не то удержать его, не то сдвинуть с места.
— Я помогу, провожу вас, - подключилась старшая индианка. - Здесь такой дом, что недолго и потеряться. Пойдем, Джейс.
Кора одарила ее благодарным взглядом и перехватила руку мужа, незаметно для остальных очень болезненно надавив на какую-то особую точку.
— Джейс, вперед! - сквозь зубы тихо приказала Кора таким тоном, будто не с родным человеком говорила.
Странным образом, ее грубость оправдалась, Джейс дернулся, но с места сдвинулся. Двигался он тоже как-то странно, будто шарнирная кукла. Вдвоем женщины увели его подальше от праздного внимания, впихнули в просторную ванную комнату. Кора включила холодную воду и с силой засунула под струю руки Джейса.
— Умывайся! - так же грубо приказала она.
