Эрион легко поднялся с табурета и тенью переместился к секретеру.
Движениями вампира можно было залюбоваться. Грациозность, статность, особый стиль – не каждый из бессмертных мог похвастаться этим, особенно если учесть, что способностями к такому виду перемещения в пространстве обладали далеко не все вампиры. Он был аристократом до глубины души как в жизни, так и в смерти. Стиль движений, речь, лёгкое пренебрежение в голосе еще больше подчеркивали этот факт.
Эрион вынул из верхней дверцы секретера папку с бумагами, перебрал несколько листов. Найдя нужный, он протянул его Стиву.
- Это будет твой образец. Там есть изображение, - усмехнувшись, добавил он.
- Не переживай, читать я еще не разучился.
Это была схема некого приспособления. Надпись наверху гласила: «Мерцание хамелеона» (для приобретения навыков стремительно меняющегося движения). Модель 24».
- То есть, я буду мерцать в темноте и меняться в цвете? – не удержался от усмешки Стив.
- Надеюсь, ты обойдешься и без этого. Это – новая разработка. Мы совершенствуем искусство перемещения.
Слова Эриона вызвали недоверие. Стив отлично помнил, что движения человека-вампира прямолинейны в своей молниеносности, но зверь без труда мог их отловить. Те бойцы, кто в панике или сознательно пытались применить движение, не жили более ни секунды: их разрывали на мелкие куски в то же мгновение. Когда Игнариус узнал о планах своего молодого воспитанника, он запретил изучать Стивену искусство перемещения. Стив, не раз наблюдавший последствия подобных ошибок в бою, сам к этому не стремился.
- Твое молчание я воспринимаю как согласие.
- Зря. Оно обозначает недоверие.
Эрион вновь раскатисто засмеялся. Стив поежился; ему уже порядком все надоело. Пора уже покинуть столь роскошные апартаменты, но куда идти и что делать дальше, он понятия не имел.
- Позволь пригласить тебя быть моим почетным гостем, – словно отвечая на его мысли, чересчур вежливо предложил Эрион.
- Спасибо, но вынужден отказаться. Признаться, мне бы хотелось осмотреть Склеп.
- Не спеши, малыш. Напоминаю: нет тебе пути за стенами этих покоев.
Неожиданно он приблизился к Стиву настолько, что тот ощутил его легкое дыхание, прохладным ветерком пробежавшее по лицу.
- Ты останешься здесь, со мной. Это твой единственный шанс выжить. Ты просто боишься в этом признаться.
Холодная ладонь вампира опустилась на затылок Стиву. Он попытался увернуться, но рука Эриона плавно переместилась на шею и с силой сжала ее. Стив почувствовал, что под пальцами Эриона что-то болезненно хрустит, хотя целью вампира не являлось лишить Стива возможности дышать и говорить.
- Эрион, прошу, отпусти по-хорошему! - Стив вновь ощутил, как его волю пытаются подавить. - Хватит, Эрион, я не буду играть в твои дурацкие игры!
Рука Стива одним резким движением сорвала холодные длинные пальцы. Шея еще несколько секунд отзывалась болезненными ощущениями.
Эрион снисходительно улыбнулся.
- Идем. Не волнуйся, я не избалую тебя проявлениями своих братских чувств.
- Учти: обманешь меня – сделка не состоится, - был ответ.
Он подтолкнул Стива, вынуждая идти впереди себя. Они вошли под темно-зеленый навес; здесь располагалась усыпальница Эриона. Освещаемая единственным фонарем, комната была залита мягким изумрудным светом, темно-зеленые стены создавали ощущение глубины.
У Стива сжалось сердце; Эрион сумел спасти свою мебель или воссоздать ее. Те же полочки и столики из красного дерева, покрытые прозрачным лаком, украшенные изящной, поражающей воображение резьбой, те же мягкие, обитые бархатом, кресла, тот же гроб, в котором могли бы поместится двое, если не трое, вампиров. Эрион всегда питал слабость к роскоши. Но чтобы суметь сохранить все это...
- Да, мой мальчик, некоторые вещи неизменны. Гибнут люди, даже те, кто называют себя бессмертными, но искусство вечно, а красота незыблема.
Стив понимающе кивнул:
- Здесь все, как раньше. Это означает, что ты сам остался прежним в своих предпочтениях и желаниях?
Вопрос был задан небрежным тоном, что, тем не менее, не смогло скрыть его смысл.
- Время меняет всё. Мы все – в его власти, и я – не исключение, - прозвучал уклончивый ответ, - но кое в чем я, как видишь, не изменился.
Эрион засмеялся. От этого смеха Стиву сделалось не по себе.
- Здесь очень уютно, брат, но мне как-то привычней каменная усыпальница, что ты выделил мне по прибытии.
- Не переживай так. Ты слишком жалко выглядишь, чтобы оставаться здесь больше одной минуты. Сюда я приглашаю тех, кто более чем симпатичен мне. Ко мне приходят по собственному желанию.
Последнюю фразу он шепнул ему в самое ухо и подтолкнул к двери, которую Стив не заметил - ее скрывала шелковая портьера.
Эта комната была намного меньше предыдущей и выглядела скромнее. Впрочем, атмосфера изысканности присутствовала и здесь. В комнате было все только самое необходимое – шкаф, узкий гроб, стоявший вдоль стены, и небольшая тахта.
