Побег опасного пленника кончается трагедией. Кто виноват — Проклятье или драконы? А может, всему виной предательство Темной Реи? Привычный мир сыпется, Смерть преследует героев по пятам. Как совладать с врагом? И как отличить, где друг, а кто враг? В темные времена дорога становится надежней дома и теплее очага.
Предисловие. На заре миров. Братья.
Солнце проглядывало сквозь бреши облаков, роняя лучи на кудрявые гребни волн. Ветер-пастушок гнал барашков и по морю, и по небесам, тихонько наигрывая на небесной флейте и танцуя на дюнах узорами волн.
В дюнах замерло двое охотников.
— Забавная… — юноша с косами цвета луны явно потешался, глядя на зверя, развалившегося посреди песчаных холмов. — Вот, что она делает?
Его собеседник — точное отражение юноши, только с золотом в косах вместо луны, скривился в гримасе пренебрежения. Он все еще держал руку, думая выпустить в зверя клубок смертоносных чар — золотистая оса замерла на самых кончиках пальцев:
— Думает, как бы тебя сожрать! — фыркнул он, добавляя вполголоса, — если она думать-то умеет.
— А, по-моему, — милая. Очень потешная. Она что, играет с камнем?
— С каменным троллем… — присмотревшись, решил золотокосый. Смертоносная оса из чар растаяла. Он подошел ближе к брату.
— С троллем?! Ты его видишь?
— Я — нет, но она — явно да! — хмыкнули в ответ.
— Совсем маленькая. Я прежде не видел таких… И пахнет жаром, чувствуешь?
— Жаром и смолой. Еще чистая, — Золотокосый вздохнул и уверенно продолжил, — но и она убьет. Это вопрос времени.
Луноволосый посмотрел на брата с укоризной:
— Брат, а как же вера в изначальную невиновность?!
Собеседник скривился как от кислого молока, за что был пойман в сеть из чар. Брат заглянул в глаза брату:
— Дай мне слово, что не убьёшь её до того, как она совершит первый грех!
— Элеон, глупо оставлять её в живых!
Луноволосый скрестил руки на груди, всем видом показывая, что собеседник заблуждается.
— Это твой трофей — тебе и решать. Поступай, как знаешь, — Золотокосый со вздохом обреченного пожал плечами. — Я не трону её, раз тебе она так нравится. Даю Слово.
Мир вздрогнул от Слова. Драконица перекатилась со спины на лапы и настороженно принюхалась, поднимая рогатую голову.
— Пусть она будет последним драконом, которого нам придется убить, — улыбнулся Луноволосый, а потом возмущенно продолжил, отвлекаясь от драконицы. — Пелеон, в прошлый раз ты присвоил головы всех драконов. Это нечестно! Ты почти ничего не сделал!
Юноши отошли от берега, собираясь начать приготовления к новой охоте.
«Глупый тролль…, вот сейчас кааак поймаю!», — тролль со смехом увернулся, прячась в болтливый песок. Вдруг Мир вздрогнул. Драконица насторожилась, чувствуя опасность, она принюхалась — вокруг разливался волшебный аромат. Добыча? Мысль о вкусной еде наполнила пасть слюной. Драконица встрепенулась, поправляя перепончатые крылья, и тихонько, на брюхе, поползла к источнику дивного запаха.
Поднебесье. Олейя. Рея.
Наполовину пустой штоф поймал, как призма, солнечный луч и рассеял его по комнате. Блики золотисто-алыми искорками разбегались по шкатулкам, баночкам с косметикой, помадам и духам. Радужной паутинкой они выявили свет на черном кружеве рукава и нечаянно попали на руку.
Рука отдернулась, словно обожжённая. От резкого движения черная кружевная вуаль соскользнула на пол, оставляя кожу без защиты. Хозяйка вуали подскочила, быстрым движением поднимая темное кружево. Но тут попала на свет…
Тысяча лучей пронзили, как острые шпаги. Девушка едва не закричала, шарахаясь обратно в тень, чтобы сжаться там клубком.
Постучали.
Девушка расправила вуаль и, пересиливая себя, вернулась к зеркалу и свету. Жестом с капелькой вложенных чар, приказала двери открыться. В комнату вошли.
Темный Лорд Митраэль низко поклонился, Светлый Лорд Закария едва кивнул… И все-таки, Светлый Лорд Закария сделал это учтивей обычного.
— Ваше Высочество, пора, — мягко заметил Лорд Митраэль.
Олейя качнула головой, она вышла из комнаты, сопровождаемая Великими Лордами Поднебесья.
Черная вуаль прятала от солнца, но Олейя все равно чувствовала сквозь ткань его жгучие укусы. Девушка попробовала укутаться плотней и вздрогнула, ощущая мурашки звериного страха — Лорды все знают! Они её конвоиры?! Они ведут на суд, но приговор уже вынесен!
Хуже…они хищники, готовые кинуться и растерзать…
Олейя повела плечами, стремясь отогнать навязчивое чувство, и незаметно нащупала кинжал.
Заплаканные элии прятали лица, они тенями возникали на пути.
Они знают. Всё знают! не могут Не Знать! И теперь, как и Лорды, хотят разорвать, словно злобные гарпии!
— Миледи! — Олейя едва не бросилась в сторону, крепко сжимая короткий нож. — Ваше Высочество, караул готов.
Это всего лишь начальник охраны, Метео. Бесполезный Метео.
Олейя жестом показала, что тоже готова.
Процессия тронулась — они должны обойти столицу перед тем, как попасть в Собор.
Улицы города были полны эльдаров и кобальтов, вчерашний карнавал сменился трауром. Царскую ладью запрягли двенадцатью восьминогими скакунами, к плачу прибавлялся цокот копыт.
Процессия брела, кто-то плакал и причитал, перестук смешивался с гомоном птиц, солнечный свет, щедро заливавший мир, обжигал и кусал даже сквозь вуаль.
Невыносимо.
