Ноги несут меня на комсомольско-молодёжную стройку. Их в нашем Первомайском районе десятки. Молодые интеллигенты, оторвавшись от кульманов, редакторских столов, химических лабораторий, тогда, в конце пятидесятых, легко осваивали строительные профессии и вкалывают, чтобы в течение года-двух решить свой квартирный вопрос и к тому ж ускорить темп жилищного строительства в столице. Прихожу на стройку как комсомольский функционер и как поэт, пробующий силы в жанре лирического репортажа.

МАЛЯРША

Заправит под косынку прядь,Посмотрится в стекло.«Ведь парни так и норовятТорчать здесь. Как назло!»Собой девчонка хорошаИ не зазналася пока.Серёжки в розовых ушах? —Другим способна привлекать!Вот мне в охотку поглядеть,Как серый вдрызг бетонВдруг начинает голубеть…И на неё потом.Неторопливо ходит кисть:Туда – сюда, туда – сюда.Попробуй только отвлекисьОт важного труда,И сразу колер не звучит,Людской не манит взор.А мастер встанет и молчит.Не скажет: «Вот позор!»Бывает, на других – ворчит,А тут – задумчив взгляд.– Знать, подбирает к ней ключи! —На стройке говорят.Не так уж и велик секрет:Он молод – ей под стать:Малярше восемнадцать лет,Ему же двадцать пять

Стихами в годы комсомольской молодости я не баловался, как принято говорить о юношах-стихоплётах (да уже и не юноша, окончил вуз, поработал на заводе, как тому мастеру из лирической миниатюры «Малярша», мне в прошлом году было двадцать пять, а нынче – двадцать шестой на исходе), а старался в поэтической форме запечатлеть чем-либо поразившие меня наблюдения, черты поведения, характеризующие время(пятидесятые годы).

Подпёр кулачком бородушку, подбородок то есть, сидишь себе, сочиняешь с утра пораньше. Это не про меня. Не помню такого времени! С раннего утра до позднего вечера я в пути, на работе (домашние, коль их спрашивали: «Где Юрий Александрович?» – неизменно отвечали: «На работе!») и в самом деле так – выступаешь на собрании или научной конференции, присутствуешь на директорской планёрке, или сам проводишь планёрку, редсовет, встречу с читателями, сидишь в библиотеке или на симфоническом концерте, выступаешь на открытии выставки живописи или глазки навострил, ушки топориками – на премьере в театре – всё это моя работа, отнюдь не служба. Привык. Жизнью приучен писать на ходу – в метро, в электричке. Застряло в сознании что-то, задевшее тебя за живое, стараешься не дать впечатлению, мысли, если таковая влетит в лоб, улетучиться, спешишь доверить сие бумажному листу, блокноту, узким полям свежей газеты, коли нет под рукой ничего другого.

Девчушки, о которых это стихотворение, уверен, ныне заслуженные ветераны сцены. Ну и что? То, что увидел, о чём задумался, тогда, в конце пятидесятых, – вот, перед вами.

Юрий Бычков

ТАНЕЦ МАЛЕНЬКИХ ЛЕБЕДЕЙ

Перейти на страницу:

Похожие книги