По пути на поверхность я заглянул в комнату управления бункером. Все его системы работали стабильно. Теперь, когда у нас в штате имелся настоящий инженер, мне не нужно было изучать различные схемы устройства тех или иных коммуникаций, чтобы в случае чего суметь их отремонтировать.
Отвечающий за систему наблюдения искусственный интеллект также работал исправно. Насколько я понял со слов Миранды, которая купила его на городской базе выживших, это был самый простой аналог ИИ. В прошлом местная цивилизация могла создавать гораздо более сложные программы подобного толка. Их называли восходящими ИИ.
Но наша программа тоже была не промах! Она не только отвечала за систему слежения, но и за работу рабских ошейников. Для этого на крыше особняка была установлена специальная антенна. Радиус покрытия её сигнала достигал границ элитного посёлка. Если кто-то из рабов покинет его, то ошейник тут же оторвёт ему голову.
Помимо этого в ошейники была установлена и система слежения за эмоциональным состоянием рабов. Данные, которые поступали от них, через антенну на главный компьютер, обрабатывались ИИ в реальном времени.
Если бы кто-то из рабов задумал совершить преступление, например, напасть на кого-то из нашей команды или на своих товарищей, ИИ сразу активировал бы защитную систему ошейника. В таком случае злоумышленник получал разряд током, который заставлял его потерять сознание.
Ошейники, как и нейротун, работали на биоэлектричестве, вырабатываемом организмом человека. Так что подзаряжать их извне было не нужно. Хоть такой вариант содержания рабов и считался самым простым, но я всё-таки хотел придерживаться именно его.
В другом случае, элитным рабам, которые служили крупным шишкам на базе, в шею сзади зашивался чип с мини-бомбой. Им не требовалось носить ошейник, а также они не могли сами избавиться от чипа. Эта операция осуществлялась только в специальном медицинском центре, с согласия владельца раба.
Такой вариант меня не устраивал, прежде всего, потому что я хотел работать с этими людьми на перспективу. Как со свободными членами нашей базы, а не как с невольниками, постоянно носящими на шее взрывчатку.
— Привет босс, ты наконец-то решил нам показался! — увидев меня, выходящего из гаража, с улыбкой на лице произнёс Тапир
— Конечно, на сегодня ведь запланировано общее собрание.
— Да, сбор уже объявлен. Все ждут твою вдохновляющую речь! — кивнув, похлопал меня по плечу военный.
Вместе с ним мы направились к площади, которую создали из специального раствора и мраморных плит, добытых в особняках бывших олигархов этого мира. Они отличались друг от друга по цвету и размеру, поэтому нам пришлось постараться, чтобы сделать из них настоящую площадь для собраний.
За этой площадью как раз и располагались два панельных дома. Их одноэтажность объяснялась не только простотой постройки, но и отсутствием у нас грузовых кранов. Для перемещения панелей мы использовали лебёдку и другие простейшие приспособления. А ещё силу членов нашей команды, прошедших две эволюции.
Дождавшись, когда все жители новой базы соберутся на площади, я поднялся на специальный подиум и внимательно изучил ауру каждого раба. Никто из них сейчас не испытывал ко мне негативных эмоций. Данный факт меня обрадовал. Похоже, что наши усилия в этом направлении не прошли даром.
— Приветствую всех жителей нашей базы выживших. Как её руководитель, я хочу поблагодарить вас за проделанную работу в прошлом месяце. Хоть нам всем ещё предстоит приложить много усилий, чтобы закончить начатое, первые результаты уже видны всем. Построены дома для постоянного проживания. Созданы теплицы для выращивания овощей и круп. Укреплена начальная система обороны. Всего этого мы добились лишь за месяц совместной работы! То-то ещё будет! Уверен, в будущем наша база сможет стать лучшей в округе! Тут начнут действовать законы и социальные льготы. Её жители не будут ни в чём нуждаться. Это та цель, к которой стремлюсь я и надеюсь, что будете стремиться вы.
— Да здравствует лидер!
— Ура лидеру!
— Долгих лет жизни лидеру!
Как я и рассчитывал, наблюдая за эмоциональными спектрами собравшихся на площади людей, мои слова попали в самую точку. Они начали постепенно возбуждаться, выражая накопившиеся за этот месяц чувства.
Подождав немного, я поднял руки и жестом показал всем успокоиться. После чего продолжил свою речь:
